— Взгляни на эту обезьяну, — сказал он, — разве она не прекрасна?
— Я редко видел что-нибудь столь же уродливое, — ответил Нанда."
"— Разве? — удивился Учитель. — Но ведь она так похожа на Сундарику, твою бывшую невесту.
— О чем Вы говорите! — воскликнул Нанда. — Неужели Вы считаете, что эта обезьяна похожа на мою Сундарику, которая — сама грация, сама красота?
— Но чем же отличается Сундарика? Не являются ли они обе самками, не возбуждают ли обе желание самцов? Я считаю, что ты хотел бы покинуть путь святости и бежать в объятия Сундарики, подобно любому самцу обезьяны в этом лесу, который всегда готов вскинуться в горячке любви, привлеченный отвратительным запахом этой самки.
Обе они станут старыми и дряхлыми, — и тогда ты, как и самец обезьяны, будешь удивляться, что же могло вызвать твое безрассудство. Они обе умрут, и тогда ты, как и самец обезьяны, возможно поймешь всю тщетность страсти. Поэтому Сундарика ничем не отличается от этой самки.
Но Нанда не слушал, а только вздыхал. Ему грезилась очаровательная, грациозная Сундарика, идущая по светлому от цветов саду.
Тогда Благословенный сказал повелительно:
— Возьмись прочнее за край моей рясы!
Нанда повиновался. Он почувствовал, как земля начала двигаться под ним, а затем сильный ветер забросил его на небо. Когда он встал на ноги, то увидел вокруг себя волшебный парк. Он шел по дороге, сделанной из золота, а цветы являли собой живые драгоценности, изукрашенные рубинами и сапфирами.
— Ты на небе у Индры, — раздался голос Благословенного. — Раскрой свои слепые глаза.
Нанда увидел дом из сверкающего серебра, окруженный изумрудным полем. Апсара, намного прекрасней Сундарики, стояла у дверей и улыбалась. Обезумев от желания, Нанда бросился к ней, но она остановила его.
— Будь чистым на земле, — обратилась она к юноше, — храни свои обеты, Нанда. Тогда после смерти ты возродишься здесь и, возможно, придешь в мои объятия.
Апсара исчезла. Нанда и Учитель вернулись на землю.
Нанда забыл Сундарику. Он был захвачен прекрасным зрелищем, виденным в небесных садах, и из любви к Апсаре вновь решил вести чистую жизнь.
Но монахи продолжали глядеть на него с недоверием. Они не разговаривали с ним; часто, заметив его в Бамбуковой роще, они оскорбительно улыбались. Нанда чувствовал себя несчастным. Он думал:
— Похоже, они считают меня носителем злой воли.
