Жизнь на двоих

Аристократов там на все общежитие было всего лишь пятеро, остальные – нетитулованные маги. Многие смеялись надо мной – и из-за бедности, и из-за маленького дара, а потом, когда я стала невестой Арена… – Она нервно рассмеялась, качая головой и краснея от воспоминаний. – Защитница, насколько же другим стало отношение ко мне! Это было отвратительно. И потом, когда я вышла замуж, положение не улучшилось. – Виктория потерла глаза, ощущая, что сейчас расплачется. – Мне все время казалось, что ко мне все подлизываются, да это так и было, скорее всего.

Я ведь из презираемой вдруг стала лучшей подружкой, мне все улыбались, звали меня повсюду. Я никому не доверяла, старалась ни с кем не общаться, и чем больше ко мне обращались, тем сильнее задирала нос. До вас, наверное, доходили слухи о том, что императрица не любит нетитулованных магов?

– Я не слишком верю слухам, ваше величество. – Силван мягко и ободряюще улыбнулся ей, разворачивая конфету в ярко-малиновой блестящей обертке.

 – Их, как правило, распространяют не очень достойные люди, которым нечем заняться.

– По отношению ко мне это правда, – сказала Виктория негромко, понимая, что рискует говорить подобное неаристократу. – Я действительно терпеть не могу нетитулованных. За лицемерие и подлизывание. Я была никому не нужна до помолвки с императором, зато после нее мнение обо мне резко поменялось.

– Почему вы вспомнили именно об этом? Как это связано с поездкой на море?

– Там было много нетитулованных, – объяснила Виктория.

 – София, ее мама – она вообще не маг – и две маленькие сестры. Но они радовали меня, а не огорчали. Особенно Синтия, мама Софии. Кажется, им все равно, кто я, и это… приятно. А вспомнила я об этом, потому что подумала об Арене. Он сталкивается с подобным поведением каждый день, но никого не ненавидит. Правда, у него обратная ситуация – это ведь аристократия устроила покушение на Агату и хотела совершить переворот в стране. – Виктория вздохнула.  – Мне кажется, я склонна к тому, чтобы делить все на черное и белое, на хорошее и плохое. Но это неправильно. Особенно по отношению к людям. Никто из нас не может быть «покрашен» только одним цветом.

– Мне нравится эта мысль, – сказал Силван с улыбкой. – Она очень художественная. Но на сегодня нам с вами пора закругляться. Ваше величество, я вновь приду к вам во вторник, и домашнее задание будет следующее – подумать и записать свои мечты и желания.