Жизнь на двоих

 – Мне очень нравится врач, и кажется, что он помогает. По крайней мере я… стала спокойнее. Да?

– Да, – подтвердил Арен, делая глоток воды и поворачиваясь лицом к жене. – Что ж, я рад, что ты довольна. У меня были сомнения по поводу утверждения именно этой кандидатуры.

Странно, неужели не понимает?

– Силван Нест – нетитулованный маг.

Виктория вспыхнула – и щеки загорелись, и эмоции потеплели от неловкости.

– Арен, ну не настолько же я… – Она, запнувшись, покраснела еще больше, и глаза наполнились слезами.

 – Хотя да, пожалуй, настолько… Прости, я виновата перед тобой…

Император нахмурился:

– За что ты извиняешься, Вик?

Защитник… плачет. Плачет, вытирает глаза кулаком, и губы дрожат. Точно так же всегда плакала Агата, и Арен, не выдержав, подошел к жене и погладил ее по плечу.

– За все, – прошептала она, не глядя на него и продолжая всхлипывать. – За истерики, ревность, за… то, что не поддерживала… Я ведь знаю, что ты прав с этим законом о передаче титулов, проблему давно пора решать, а у меня… Это просто личная обида на конкретных людей, но при чем тут все остальные…

У Арена разболелась голова от какофонии эмоций Виктории – она ощущала сразу столько всего, что он никак не мог разобраться во всем этом.

В любом случае в голове звенело, а во рту появилась горечь, как всегда бывало, если он чувствовал чье-то расстройство.

Поставив эмпатический щит, император спокойно сказал:

– Не плачь. Все в порядке, я не сержусь.

Виктория посмотрела на него, всхлипнула, а потом разрыдалась, уткнувшись лицом в собственные ладони.

– Защитник, ну что ты? – простонал Арен, обняв ее, и погладил по голове. – Вик, что ты ревешь? Разве я кричу, злюсь или в чем-то тебя обвиняю?

Она помотала головой.

– Тогда почему ты плачешь? Ты либо объясни, либо прекращай.

Виктория сглотнула, убрала от лица ладони и, посмотрев на него красными глазами, тихо призналась:

– Я просто не знаю, что мне делать, Арен. Я очень хочу извиниться, я жалею, но не знаю, как… Я не понимаю, почему так вела себя… Совершенно не понимаю! А нетитулованные… Они меня унижали до помолвки с тобой, а потом стали подлизываться.

Практически всем институтом! Я из-за этого и не поддерживала твой закон. Пожалуйста, прости!

Арен, задумавшись и анализируя, молчал.

Значит, вот откуда растут корни негативного отношения Виктории к неаристократам – из институтских обид. Бастарды ее отца тоже наверняка замешаны, но не настолько, как однокурсники.