Жизнь на двоих

 – Как же мы будем без Софи-и-и!!! Ы-ы-ы-ы-а-а-а!!!

Арчибальду пришлось срочно ретироваться, оправдав это тем, что он очень устал – впрочем, это было правдой. Брат только и успел, что принять душ и поспать пару часов, а затем сразу пришел повидать близких. Вопросительно посмотрел на Арена, но император покачал головой:

– Завтра отчитаешься.

О главном он уже был в курсе – демоны истреблены, погибших охранителей двое, среди мирного населения – пять человек, а про ход операции и остальное можно послушать и завтра.

– Что за уши, Алекс? – спросил Арен, пытаясь отвлечь сына вопросом, но мальчик только сильнее захныкал.

– Мы хотели поставить спектакль, – вздохнула Агата и жалобно всхлипнула. – Софи должна была играть лисичку, а Алекс – ежика…

– Мы его обязательно поставим, – сказала Виктория, в который раз за день обняв детей. – Обязательно-обязательно!

– Без Софи будет не то, – печально покачала головой Агата.

Арен промолчал, потому что сказать ему было нечего. Он понимал: в конце концов дети привыкнут к отсутствию Софии, но до этого успеют потрепать нервы всем.

Причем сейчас ситуация оказалась гораздо хуже, чем после увольнения Вирджинии. Тогда наследникам было грустно, но истерики они начали устраивать позже, когда у них появилась новая аньян, которая их не устраивала. Теперь же о новой аньян не могло быть и речи – пока не утихнет горе, Агата и Александр не примут нового человека.

Впрочем, один плюс в их слезах и капризах все же был, хоть и сомнительный. Из-за того что пришлось весь день утешать детей, Виктория к вечеру так замучилась, что на фразу Арена: «Я пойду к себе», – отреагировала лишь кивком и широким зевком.

О ее попытке пообщаться с Ванессой они так и не поговорили.

Утром в воскресенье София все же встала с кровати, умылась и решила спуститься вниз. Делать ничего не хотелось, но она знала, что это необходимо. Арен отпустил ее, чтобы она жила, этим София и собиралась заниматься. Пусть сложно и в груди болит так, словно внутренности огнем сожгло, а от сердца один пепел остался – надо двигаться.

Если с ней случится что-то плохое, Арен не выдержит, значит, она должна постараться.

С кухни доносились голоса, и София, прислушавшись, поняла, что разговаривают мама и Вано. Странно, всего-то восемь утра, неужели Вагариус ночевал здесь?

– Послушай, Син, – говорил Вано слегка рассерженно. – Я ведь ничего неприличного не предлагаю, просто хочу, чтобы ты и девочки жили в комфорте. У меня хороший дом, он недалеко отсюда.