Жизнь на двоих

Император наклонился и, коснувшись ладони дочери – а заодно и контура Софии – губами, поднялся с койки.

– Я зайду позже. Если будет необходимость, связывайся со мной по браслету.

Эн кивнула и, мгновение помешкав, неуверенно спросила:

– Напомните, пожалуйста… как ее звали? Вы называли имя, когда говорили с Гектором, но я забыла. Простите.

– София, – ответил император, не понимая, какое отношение это имеет к лечению. – Ее зовут София.

– София… – повторила Эн, глядя на сияющий кокон, в котором находилась Агата.

Возле палаты действительно стояло четверо безопасников, вытянувшихся по струнке, как только Арен вышел в коридор.

Теперь первым делом нужно было навестить Викторию и Вано, но где они сейчас, император не имел понятия.

– Вы знаете, где Вагариус и моя жена? – поинтересовался Арен у старшего из охранников.

– В терапии, ваше величество, – ответил мужчина. – Густав вас проводит.

– Есть, – услужливо кивнул молодой парень, но император остановил его, покачав головой.

– Не надо. Оставайтесь на посту. Я перенесусь туда. Какой этаж?

– Второй, ваше величество.

Через полминуты Арен вышел из лифта посреди коридора в терапевтическом отделении. Именно здесь работала Эн, но поместить сюда Агату сейчас не могли – всех, кто находился без сознания, отправляли в реанимацию.

Проходящие мимо императора врачи и медсестры, здороваясь, кланялись и глядели на него кто сочувственно, кто с любопытством, но были и испуганные взгляды. Причем чаще всего эти взгляды принадлежали врачам-аристократам.

– В какой палате лежит моя жена? – спросил Арен у невысокого коренастого мужчины в белом халате. Только когда тот ответил, император подумал, что главный врач наверняка должен был написать ему на браслет связи и, покосившись на экран, действительно увидел отчет от Валлиуса. Совсем голова не работает… хотя это неудивительно.

Вагариус и Виктория находились в соседних палатах, и Арен, помешкав, зашел сначала туда, где лежал безопасник. Неизвестно, сколько продлится разговор с женой – если она, конечно, способна разговаривать, – а вот встреча с Вано долгой точно не будет.

Хмурый и недовольный Вагариус обнаружился у окна больничной палаты. Он пил морс из большой белой чашки и был почти полностью одет – только китель висел на спинке стоявшего рядом стула.

– Ваше величество, – сказал Вано, сразу поставив чашку на подоконник, – я хотел бы узнать…

– Энергетический контур Софии так и не исчез, – перебил его император.