Только после этого он взял заскорузлыми пальцами ассигнацию и, аккуратно припрятав ее за пазуху, заковылял куда-то в глубь двора. Проводив его взглядом, Елисей тяжело вздохнул и, махнув рукой, отправился в ресторан. Завтракать. Тем более что комендант давно уже должен был дожидаться его там.
Войдя в заведение, парень нашел майора взглядом и, подойдя к столику, поздоровался. Улыбнувшись в ответ, комендант жестом указал ему на соседний стул и, аккуратно промокнув губы салфеткой, поинтересовался:
– Ну, и где тебя носит? Я уж грешным делом решил, ты вообще не придешь.
– Дельце одно появилось, – ответил Елисей, сделав подскочившему официанту заказ. – Сторожа себе в новое имение нашел.
– Имения еще нет, а сторожа уже завел, – тут же поддел его майор.
– Имение дело наживное, а доброго сторожа и увести могут, – не остался в долгу парень."
"Они успели позавтракать и не спеша попивали свежезаваренный кофе, когда в ресторан вошел князь Буачидзе с дочерью. Едва увидев их, грузин раскинул руки в стороны и, громогласно приветствуя, двинулся к их столику.
– Ну, всё, – еле слышно проворчал майор. – Теперь, пока до смерти не упоит, не успокоится.
– Рано. А вот вечером точно лежа ходить будем, – в тон ему ответил Елисей, поднимаясь.
Они с майором хоть и обменивались колкостями по поводу хлебосольства князя, но здоровались с ним тепло, искренне. Что ни говори, а человеком князь был хорошим. Прямым и честным. Услышав, что они уже успели поесть, грузин огорчился, но тут же выжал из них обещание, что оба в обед будут тут.
В ресторане. Потому как встречу эту следовало как следует отметить. Елисей, которому заняться особо было до отъезда нечем, такое обещание дал с дорогой душой. Что ни говори, а вести застолье князь действительно умел.
Да и Нино, хоть и пряталась за плечом отца, прекрасно музицировала и помнила огромное количество разных песен. В общем, вечер обещал быть весьма насыщенным. К тому же юная княжна то и дело бросала на парня весьма заинтересованные взгляды.
Елисей просто не мог не заметить, как полыхнули радостью ее глаза. Присев к столу, князь принялся интересоваться новостями, то и дело лукаво поглядывая на парня. Вспомнив, что князь имеет выход на самого императора, Елисей вдруг замер с чашкой в руке, словно громом пораженный.
– Дато батоно, честно скажи, прошу тебя. Мой титул твоя работа? – прямо спросил он, отставляя чашку и глядя князю в глаза.
– Ну, не совсем моя, – смутившись, нехотя признался князь.
