Зима была холодной (СИ)

От удара о воду тело вспыхнуло острой болью, ледяные иголки пронзили каждую клеточку, выбивая воздух из лёгких, заставляя инстинктивно раскрыть рот, который тут же наполнился водой. Юбка промокла и потянула на дно, течение закрутило, ударяя о камни. Алексис оттолкнулась от дна, пытаясь выбраться на поверхность, успела глотнуть немного воздуха, и снова оказалась под водой, вслепую шаря вокруг в безумной надежде уцепиться за что-нибудь. Лёгкие жгло, с каждой минутой тело цепенело, становясь неповоротливым, отказываясь слушаться.

Мысли расплывались, принося блаженное оцепенение разуму. Сопротивляться стихии больше не хотелось. Алексис раскинула руки и закрыла глаза, отдаваясь на волю реки.

Киллиан вынырнул, едва погрузившись в воду, огляделся, но в темноте река казалась угольно-чёрной, ветви леса смыкались над головой, закрывая от призрачного лунного света. Он грёб вперёд, с каждой минутой понимая, что надежда найти Алексис тает, а сам его прыжок становится бесполезным. Ему никогда не найти её здесь: если она не разбилась сразу, то наверняка уже утонула, и к утру тело вынесет на отмель.

Стиснув зубы, Киллиан упрямо плыл дальше, задыхаясь от холода, когда впереди забрезжил свет.

Река разлилась, вихрясь редкими порогами, сверкая серебром. Водопад стих, ноги всё чаще цеплялись за дно. Оттолкнувшись, Киллиан поплыл к берегу, рассчитывая пройти вдоль течения, надеясь найти тело Алексис там, когда взгляд зацепился за тёмное пятно, плывущее в нескольких ярдах впереди, посередине реки. Безумная догадка обожгла разум, и он поплыл, почти не чувствуя своего тела, вытянул руку, цепляясь за ткань, потянул на себя, тут же запутавшись в облаке светлых волос, окружавших лицо, словно водоросли.

Несколько гребков, и вот они уже на берегу.

Подхватив Алексис за плечи, Киллиан вытащил её, отчего-то ставшую тяжёлой и почти неподъёмной, на берег, и упал на колени, убирая волосы с её лица. Алексис не дышала. Резко повернув её на бок, Киллиан стукнул по спине кулаком со всей силы, что ещё оставалась в нём. Потом снова, и ещё раз.

Потянулся к ножу, в спешке путаясь с ножнами. Рванул рубашку, нащупывая шнуровку корсета, начал подрезать завязки, но мокрая ткань поддавалась туго, нехотя, а пальцы закоченели и слушались с трудом. Наконец корсет разошёлся в стороны, и Киллиан надавил на грудную клетку, вновь поворачивая её набок. С отчаянием, с бездумной методичностью, не веря в чудо, он продолжал колотить её в спину, пока Алексис не вздрогнула всем телом, сжимаясь почти пополам.