Зима была холодной (СИ)

Оставалось ждать сигнала, и Киллиан ждал, не обращая внимания на впившееся в ладони каменное крошево. Взгляд первым делом, невольно, конечно же, нашёл Алексис, прислонившуюся к камню. Темнота скрывала её лицо, но при взгляде на безвольно лежавшие по бокам руки сердце сжалось, а желание подхватить её и унести как можно дальше отсюда, стало почти нестерпимым. На его глазах к ней подошёл индеец, заставляя встать, и Киллиан сам не заметил, как достал нож, стискивая рукоять, обтянутую кожей. Выдавать себя было рано — надо дождаться, пока все займут свои места.

Нельзя, чтобы хоть один краснокожий вырвался отсюда.

Алексис прошла мимо, и Киллиан проводил её жадным взглядом, с трудом сдержав желание идти следом. Рядом что-то зашуршало — Лоуренс лёг рядом, тяжело дыша.

— Все на месте, Смит вот-вот подаст сигнал.

— Я перекрою им выход, — прошептал Киллиан, косясь на тропинку, на которой только что скрылась Алексис. Лоуренс кивнул и отвернулся, пытаясь разглядеть в темноте остальных.

А Киллиан уже полз вперёд, обдирая колени о камни, не слыша ничего, кроме шума крови в ушах и собственного тяжёлого дыхания.

После света костра здесь, за поворотом, оказалось совсем темно. Глаза постепенно привыкли к лунному свету, поэтому он не сразу заметил высокую фигуру индейца, прижавшего Алексис к стене. Мелькнули белые ноги, приглушенная мольба опалила сознание.

Она была здесь, совсем рядом, и нуждалась в нём, отчаянно нуждалась. И никакой сигнал к атаке, никакой приказ не мог остановить его сейчас.

Киллиан поднялся медленно, будто призрак гор, почти мечтая, чтобы дикарь обернулся. Но тот был слишком поглощён своим делом, чтобы обращать внимание на звуки за спиной. Резкий выпад, чужие волосы, зажатые в кулак, и чёткое, отточенное годами, проведёнными на нью-йоркских улицах, движение.

Индеец булькнул, захлебнувшись. Изо рта хлынула кровь, заливая перепуганную, ничего не понимающую Алексис, и Киллиан едва успел зажать ей рот ладонью, другой рукой осторожно опуская тело, которое продолжал держать за волосы, на землю.

— Всё будет хо… — только успел прошептать он, как тишину распороли выстрелы, и почти сразу на тропинке заплясали тени.

*Псалом 22 1:4. Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной; Твой жезл и Твой посох — они успокаивают меня.

========= Глава 17 ==========

Всё происходило слишком быстро.