Иногда делаю взрывающиеся штуки, – про взрывающихся людей он решил не уточнять.
- Круто. А ты знаешь, как инженеры делают приличное мыло?
Здорово, что он встретил Клинта Бартона. Тот был немного не в себе, смешливый и со странностями, но Тони списал это на двенадцать лет жизни под одной крышей со здоровым синим засранцем. Они довольно быстро нашли общий язык, особенно когда решили похулиганить с «Кухаркой», как Клинт называл кухонный лифт в стене, заставляя ее выдавать все виды алкоголя, о которых они могли только подумать.
Даже ужасный персиковый шнапс со времен учебы Тони в колледже.
Наташа, в конце концов, выползла из солнечной комнаты как любопытный паук и, воспользовавшись своим мастерством, добыла им поднос с чили, зажженные свечи и несколько видов водки. Остаток дня прошел в блаженном тумане.
Солнечная комната стала их местом для общения. Общение, в основном, заключалось в распитии спиртных напитков, рассказах приводящих в ужас историй из жизни, придумывании смелых и недоказуемых шуток над их хозяином, играх в сексуальную виселицу и планировании ремонта по всему замку.
Последнее было идей Клинта, что-то про ручной труд и его пользу для души. Тони, руки которого были полны заноз, не согласился, но работа занимала его, и предложение он с болью, но принял. Не то, чтобы он собирался рассказывать им об этом.
- Ну так, что же там? – спросил Тони на третий день их «ремонта», который представлял из себя лишь уборку комнат и очистку любопытных предметов. Особый интерес Тони вызывала огромная, перекрытая балкой дверь.
- Без понятия, - пожал плечами Клинт. - Балка слишком тяжелая для меня. Чтобы там ни находилось, оно большое и, наверняка, не видело света пару десятилетий. Не думаю, что даже хозяин знает, что там.
- Пожалуй, - они продолжили в тишине идти к Кухарке. Не успели они ополовинить большое блюдо с пиццей Чикаго, как Клинт, наконец, сломался.
- Так что ты думаешь…
- У меня есть несколько идей о рычаге на двух человек, который сможет поднять балку, - Тони вытер рот. – Завтра утром?
- Черт, да! – усмехнулся Бартон.
Они пожали друг другу руки над колой и пиццей, и во второй раз Тони почувствовал, как слабо сжимает ладонь его собеседник. Лицо присевшего обратно Бартона говорило, что он тоже это понимает.
- Мне прилично заморозило руку несколько лет назад, - без предисловий начал Клинт, поднимая правую руку в свете камина. - Мало чувствительна, но слушается.
Тони лишь кивнул, испытывая небольшую неловкость при обсуждении инвалидности.
