Люди иногда переживали собственные неудачи довольно тяжело, даже он сам.
- Наташа сказала, что тебе нравилась стрельба из лука, - проклятье, Тони.
- Да, - не меняя тона ответил Клинт. – Раньше неплохо получалось.
- Хозяин?"
"- Нет, это не его вина, - голос Клинта был сухим. – Я сглупил. Пытался помочь ему, когда он чуть не сломал спину, упав с лестницы из-за ловушки Наташи, - он сглотнул и согнул руку, голубые глаза пристально следили за неловким движением. – Хозяин никого не касается. Я думаю, что он не может.
Людей, я имею в виду.
- Из-за льда?
Бартон холодно пожал плечами.
- Не думаю, что он хочет причинить кому-то боль, когда зол, но лед возникает всегда. Возник он и вокруг моей руки, а теперь посмотри. Не смогу побороться даже с пятилетним ребенком. Живи и учись, правильно?
Тони отвлекся, вспоминая, как край плаща задел его ногу, и шипение и поспешность, с которыми его убрали. Зажженную для него свечу, оставленную на полке, чтобы он мог сам ее взять. Какая бы жизнь была у тебя, если бы ты не мог касаться других живых существ?
- Не удивительно, что он такой необщительный, - неожиданно для самого себя выдал Тони.
Он проникся слабым «сочувствием к демону» и решил, что совсем чокнулся, но Клинт только вздохнул, заметно расслабляясь.
- Пятнадцать лет здесь, и я никогда по-настоящему не общался с ним, - признался он. – Черт! После того, как он заморозил мою руку, мы не видели его почти три месяца.
Тюремщик, чувствующий себя виноватым в ранении пленника.
Похититель, не отпускающий никого, но избегающий всех. Тони не был специалистом по психам, но по снежному человеку казалось, что у него самые что ни на есть проблемы. Он был готов расценивать замок, волшебный или нет, как более свободную и более удобную, но переигровку Афганистана. Терпеть угрозы. Просить прощения. Напоминать главному, что он незаменим. Усерднее работать. Готовить план побега. Но когда все было сказано и сделано, Тони не знал, как действовать дальше.
Конечно, он мог просто-напросто попытаться убить большого парня, но переохлаждающие прикосновения, повреждения нервов и просто глубокая заморозка его совсем не привлекали. Как можно бороться с чем-то, что не является человеком и вовсе не хочет причинить тебе боль?
За этим вопросом напрашивался другой: а Тони точно хочет вернуться домой?
Дом - это жалость, СМИ и курс акций. Дом довольно часто пустовал. Дом – это личный помощник, управляющий его жизнью.
