Зло

Ельцов по лестнице поднялся на первый этаж и, проходя по узкому коридору на другую половину здания, думал, что не будет ему покоя, пока не открутит он голову тому, кто стоит за всей этой историей.

Конечно, Юрий прекрасно понимал, что бойцов этих послали не те, кто дружно исключал его из партии, выгонял с работы и из Союза журналистов. Эти люди давно уже стали тенями, персонажами снов.

И странное чувство овладело им. Будто он не живет вовсе, а спит, и снятся ему длинные, как товарные составы, цветные сны, в которых реальность переплетается с бредом, и он никак не может проснуться.

Мучается, кричит, но паутина сна опутывает его горьковато-сладким дурманом, и он словно плывет в нем, безвольно и мягко.

Он автоматически миновал вестибюль, так же, не видя никого, вошел в лифт и нажал кнопку четвертого этажа. Зашуршали открывающиеся двери, и услышал Юра до слез знакомый шум любимого кабака.

Встречи начались уже в баре, рядом с входом в ресторан. Словно специально сюда собрались самые разные знакомые.

Кивая, улыбаясь, пожимая руки, он пошел к ресторанной двери. А за спиной…

— Кто это?…

— А ты не знаешь…

— Юрка Ельцов…

— Тот самый, что сидел…"

"— А не скажешь, смотри, как одет…

— А он ничего. Познакомь…

— Тебе нас мало…

Так говорили ему в спину завсегдатаи бара, люди профессий неопределенных, и их подруги, приближающиеся к критическому женскому возрасту.

Ресторан, как всегда по вечерам, был полон. Кинонарод и прорвавшиеся в модную столичную точку представители трудовой-деловой интеллигенции заполнили все столы.

Юра от дверей увидел поднятую руку Игоря и смеющееся Женькино лицо. За их столом спиной к залу сидела женщина в темном, смело открытом платье, и, пока Ельцов шел через строй знакомых, перебрасываясь с ними короткими фразами, он разглядел только обнаженные плечи, поднятые золотистые волосы.

— Юрик, — Женька бросилась к нему на шею, — какой молодец, что пришел, знакомьтесь.

Ельцов повернулся и увидел прелестную синеглазую женщину.

— Знакомьтесь, — лукаво улыбнулась Женька.

 — Это моя подруга Наташа Смирнова, а это наш наипервейший друг Юра Ельцов.

Некоторая неловкость возникла, когда Ельцов усаживался рядом с Наташей, но подошла официантка, улыбнулась Ельцову:

— Здравствуй, Юра.

— Добрый вечер.

— Что заказывать будете?

И начался обычный ресторанный вечер. Только вот Ельцов чувствовал легкий дискомфорт, а понять, в чем дело, не мог.

Нет, он не испугался, что вскоре здесь появится троица артельных бомбардиров.