Злодейка

С ее лица стало потихоньку сходить угрюмое, тоскливое выражение, ставшее последнее время постоянным.

Муж, Дмитрий Иванович, по-прежнему проявлял внимание и нежную заботу о больной супруге. Они подолгу беседовали, совершали прогулки на коляске, читали вслух книги. Однако постепенно молодая женщина стала томиться, ожидая большего. Безусловно, она прекрасно понимала, что ее инвалидность серьезное препятствие для полноценного общения. Но она также понимала, что взрослые любящие люди всегда найдут возможность доставить друг другу наслаждение, выказать свою любовь.

Гривин же либо не видел этих страданий, либо делал вид, что не видит.

Сама же Варя отчего-то стеснялась говорить с ним об этом. Время шло. Ничего не происходило.

Постепенно между супругами стало нарастать напряжение и взаимное раздражение. Всякий пустяк грозил вылиться в ссору. Гривин тоже понимал причину всех взаимных недовольств, но переступить через себя он не мог, полагая, что и так сделал для несчастной предостаточно, связав себя узами брака и запершись безвылазно в имении.

Печально, но Варя стала потихоньку понимать это отношение мужа к себе. И он уже не казался ей идеально благородным. А не был ли этот порыв изначально так уж бескорыстен, не кроется ли здесь желание завладеть наследством?

Эти мысли разъедали душу, как ржавчина.

Ко всему прочему неожиданно добавилась новость о женитьбе самого Прозорова, да еще на ком! На Марго! Варвара Платоновна тяжело пережила и новость, и саму свадьбу отца с бывшей воспитанницей.

Для Варвары выбор отца казался кощунственным, позорным, унизительным для семьи. Конечно, она продолжала любить преданную подругу, и, может, теперь даже больше чем раньше, но не настолько, чтобы делить с ней расположение отца. Но она поняла, что ее некогда бесспорное мнение может ничего не значить для Платона Петровича. Другая женщина теперь царит в его душе.

Сидя в своем кресле среди гостей, она с жадным вниманием следила за тем, как невеста вплывает в храм в облаке фаты, в роскошном платье, идеально подчеркивающем достоинства полноватой, но изящной фигуры.

Блеск свечей отражается в трепетании бриллиантов на шее новобрачной, в огне медных волос. Маленькие прелестные руки в тонких перчатках держат букет флердоранжа, нежный, как она сама.

– Ангел! Красота-то какая! – раздается шепот среди гостей.