«Злой гений» Порт-Артура

Именно на них делал ставку Фок — на маньчжурских сопках легкая пехота, вооруженная фактически горными пушками и станковыми пулеметами могла доставить японцам массу неприятностей, а в борьбе за перевалы и тропы была настоятельно необходима.

Да и сами стрелковые полки получили значительное усиление, несмотря на некоторое сокращение штатов. В распоряжение командиров поступила полковая артиллерия — батарея из четырех старых 87 мм пушек, имеющая из боеприпасов не только шрапнель, но и гранату. А также пулеметную команду из четырех «максимов», на станках «полозьях» или треногах — причем к ним, как к пушкам, срочно изготавливали железные щиты, что должно было значительно снизить потери расчетов от осколков и пуль.

— Убедил ты меня, что и говорить. Теперь сам увидел, что твои предложения нужно внедрять…

— Лучше, Анатоль, нам про них промолчать до поры до времени. А как налицо будет позитивный результат, то через наместника и самим доложить о том наверх. И эти наши с тобой заслуги Куропаткин не присвоит себе — у него самого рыло в пуху будет!

— Нельзя так, Саша, о командующем то.

Хотя ты прав, конечно, такой бездарности армию доверять нельзя, людей погубит!

Стессель поморщился, но деланно, так, для вида и порядка больше, все же нельзя генералов «облаивать». Теперь о былом своем покровителе он высказывался нелицеприятно, косился на белый крестик Фока, который держался на шейной ленте, и завистливо вздыхал — когда еще золотое оружие с бриллиантами из столицы придет.

— А то, что батальоны стали чуть меньше, то во благо.

Да и как смотреть то — в каждой роте по полсотни китайцев будет носильщиками и нестроевыми, есть теперь, кому раненых в бою носить и солдат на это не отвлекать. И учти, Анатоль — этих китайцев, как языку обучатся, а это будет быстро, можно смело в строй ставить — драться будут не за страх, на совесть — японцы их в плен брать не станут, живьем шкуру спустят!

— Уже матерятся как сапожники — собственными ушами слышал. Чему бы доброму научили, а то брани похабной!

— Зато государю верноподданные будут в здешней области, а прочих ты потихоньку выселишь.

Так что ругань верной приметой будет — то наш китаез, а тот не наш — вот так и принимать будем.

— Ладно, пусть лаются, если для дела нужно, — рассмеялся Стессель. — И воюют пусть — хоть нашим солдатам жизни сберегут, а храбрых я крестами сам награждать стану. Зато потерь среди стрелков меньше будет. Хотя и батальоны поменьше выйдут.

— Зато огневая мощь не в пример усилилась!

Усмехнулся Фок.