Зловещее наследство

Без дальнейших разговоров двое мужчин подняли маленькую девочку, которая билась, извивалась, пиналась, кричала. Калеб вынес ее на улицу, а Маттиас тем временем удерживал плюющую и извергающую проклятия старшую сестру.

— Что вы делаете с ней, а? Проклятые похитители детей, я подам на вас в суд, я…

— Нет, ты этого не сделаешь, — казал Маттиас и застонал от боли, когда это чудовище укусило его. — Ты хочешь запретить своей младшей сестре поселиться в настоящем и прекрасном доме, где она получит образование и со временем сможет стать настоящей дамой?

— Дьявол, проклятый дьявольский поп!

— Я не поп, а врач.

— Мне и здесь хорошо, не хочу меняться местами ни с кем. Что вы сделаете с Фредой?

— Мы увезем ее в Гростенсхольмскую усадьбу. Там уже живут трое бездомных ребятишек, которым она составит компанию, — выдавливал Маттиас из себя слова, продолжая бороться с фурией, в то время как младшая сестра дико кричала на улице. — Она будет питаться три раза в день, будет окружена заботой и любовью, чего ты не можешь ей дать.

— Хорошо, в таком случае, забирай ее ты, лицемерный распутный козел! Увези с собой, я хоть освобожусь от ее вечного нытья о еде. Я пыталась только по доброму относиться к ней, но одной мне намного лучше. Намного! Мужчинам не нравится, когда она болтается под ногами.

— Хорошо, — сказал Маттиас. — Отдай только мой кошелек с деньгами.

— Какого черта, ты обвиняешь меня в воровстве, а?

— Да, давай кошелек!

Маттиас силой отнял у нее кошелек.

— Вот тебе монетка; не придется идти сегодня на панель.

Она изо всех сил бросила монету, и та со звоном покатилась вниз по лестнице.

— Я не нуждаюсь в твоих паршивых деньгах, проклятый святоша!

— Как хочешь, — сказал добродушно Маттиас и пошел от нее прочь.

Не успел он спуститься до конца лестницы, как она стрелой пронеслась мимо него и схватила монету. Маттиас на прощание вежливо поклонился. Она ему показала язык.

— Быстрей, — прошипел Калеб, рукой зажав рот Фреды, когда Маттиас подошел к саням.

Они быстро уехали, втроем удерживая десятилетнюю Фреду, которая думала, что ее везут в ад.

— Фреда, послушай нас, — обратилась Габриэлла к девочке. — Мы хотим помочь тебе. Ты больше не будешь спать на холодной лестнице, не будешь голодать, не увидишь непристойностей. Садись и посмотри вокруг! Мы едем домой в Гростенсхольм, ты же родилась в этом уезде.