Зловещее наследство

Хвала Господу, что рядом с ним всегда находилась Ирья!

Но и она сейчас была измучена. Они даже не успели порадоваться возвращению Маттиаса.

Люди занялись подбором хороших лошадей.

— Раньше я ездил верхом довольно хорошо, — сказал Калеб. На нем была чистая одежда, борода побрита, и выглядел он приятно.

— Но ты провел четыре года в шахте, — печально улыбнувшись, произнес Тарье. — У тебя слишком слабая спина для такой поездки! Упаси меня Бог, ведь ты, мальчик, прибыл сюда лишь вчера вечером после такой изнурительной поездки!

— Он сделал больно Маттиасу, не так ли? — сказал Калеб, блеснув темно-голубыми глазами.

— Да, — несколько резко ответил Тарье. — Но мы не должны поддаваться чувству мести. Он еще мальчик.

— Я думал не о мести, а о том, что этот мальчик полностью потерял совесть. И он опасен для других?

— Да, опасен, — подтвердил Тарье.

Про себя он подумал: «Колгрим уже не ребенок. Он хитер, как взрослый. Он не сентиментален, не внимателен к другим».

— Ехать далеко? — поинтересовался осторожно Таральд.

— В Трёнделаг, — ответил Тарье.

— Ты с ума сошел? — воскликнула Ирья.

— Нет. А вот Колгрим, кажется, да. И я уже однажды видел сумасшествие одного несчастного проклятого из рода Людей Льда. Мне достаточно.

— А я родом из Трёнделага, — вмешался в разговор Калеб. — И я сделал то, что должен был сделать, — доставил Маттиаса домой. Сейчас при любых условиях я должен ехать дальше. Может быть, не совсем в родные края, но… дальше. Куда угодно.

Тарье, задумавшись, смотрел на него.

— Где ты жил в Трёнделаге?

— В Хорге. Южнее Трондхейма.

— Хорошо! — согласился Тарье. — Нам может потребоваться человек, знакомый с этой местностью. Но мне хотелось бы иметь еще одного, нет, двух человек. А сейчас мне нужно переговорить с Лив и Дагом.

Лив помнила не очень много, ей было всего три года, когда они уехали из Трёнделага. А Даг начертил схему, которую Тарье спрятал под рубашку.

— Тарье, — попросила Лив. — Он наш внук. И последние годы вел себя хорошо. Нам на него жаловаться нельзя.

Он кивнул в знак согласия.

— Я буду обращаться с ним осторожно. Но он может оказаться ужасным.

И тут он рассказал им о Тронде, в какое чудовище превратило того проклятие, висящее над Людьми Льда.

Их пробрала дрожь; этого они не знали.

— В таком случае, — сказал Даг, — тебе не следует мешкать. Колгрим сейчас уже не ребенок. Он словно… оборотень в человеческой шкуре. Я прав?

Вспомнив страдания Тронда, Тарье кивнул.