Зловещее наследство

Они выразили тебе свое сочувствие, а потом засмеялись! Они смеялись над моей чудесной сестрой, папа, и мне пришлось убежать, чтобы не ударить их.

Возмущенный всем этим, он не подумал о том, что сыплет соль на рану Габриэллы, которая, всхлипнув, мгновенно убежала вы свою комнату.

— Танкред! — воскликнула удрученно Сесилия. — Неужели нельзя быть более тактичным?

— Прошу прощения! Я не думал… Я поднимусь к ней.

— Не нужно! Она знает о твоих чувствах, ты это сам видел. Думаю, что сейчас ей лучше побыть одной.

Все мы глубоко огорчены случившимся. А может быть, это и к лучшему?

— Я тоже так думаю, — сказал Александр, но лицо его оставалось бледным. — Честно говоря, Симон не тот, кто нужен ей. И она не предназначена ему. Я не могу доверить ее такому человеку. Если бы он просто отказался! У него же было столько возможностей. Уже в самом начале он мог сказать, что любит другую. Но, когда я прямо спросил его, правда ли, что говорят о его связи с придворной дамой, он все отрицал! Выжидал до последнего момента, чтобы как можно сильнее унизить Габриэллу.

И сбежал. Избрал самый легкий путь. Самый трусливый. Понять который я просто не могу.

— Пойду и объясню все Габриэлле, — сказал Танкред. — Это необходимо. Думаю, что встреча со мной несколько утешит ее.

Александр посмотрел в окно.

— Моя бедная девочка! Мы все понимаем, как ей тяжело.

Друг, стоявший рядом, кивнул:

— Я сожалею, что мне пришлось сообщить вам эту неприятную новость. Но я не хотел, чтобы вы услышали ее от сплетниц.

— Спасибо, что пришел, — сказала Сесилия. — До главных действующих лиц слухи, как правило, доходят в последнюю очередь. Что же касается Симона, думаю, он скоро поймет, что выход, избранный им, не самый легкий! Скорее наоборот. Танкред, ты сейчас можешь подняться к Габриэлле. Мы подойдем позднее.

Габриэлла после такого удара сникла. Она потеряла веру в себя и долго не могла оправиться. Не осмеливалась появляться в обществе, не помогало ей и то, что семья пыталась поддержать ее, показывая любовь и понимание.

Она благодарно улыбалась и пыталась быть веселой, стараясь представить, что ничего страшного не случилось, но улыбка в ее глазах потухла.

Александр очень страдал.

— Что нам делать, Сесилия? Найти для нее нового жениха невозможно. Как ты думаешь?

— Она этого не переживет. Это для нее слишком большой удар. Никогда она больше не поверит в любовь. Нет, мне кажется, ей нужно уехать отсюда. Здесь она чувствует себя обесчещенной.