Словно сшиблись два огромных айсберга, словно остановились, наконец, две неостановимые силы. Сама реальность, казалось, пошла рябью вокруг двоих людей, когда они замерли друг напротив друга. Сэр Вивиан поднял меч, а Пешеход — посох. И медленно, но неотвратимо сэр Вивиан Хеллсторм опустился на колени.
Внезапно серебряный доспех пропал, и герой упал навзничь, дрожа и задыхаясь. Калли метнулась к нему и встала рядом на колени, подняв меч. Она была готова защищать Вивиана. Ламент бесстрастно разглядывал поверженного.
— Господь — моя броня, сын чародея.
— Ты ее не получишь, — прохрипел сэр Вивиан, неловко поднимаясь с помощью Калли. — Пока есть дыхание в моем теле, я вызываю тебя во имя королевы.
— Вы вдохновляете храбрых защитников, ваше величество, — обратился Ламент к Фелиции. — Но я здесь не для того, чтобы судить вас.
Вивиан озадаченно посмотрел на него, но решимости не утратил.
— Поклянись, что не желаешь зла королеве.
— Разумеется, не желает, — подала голос дочь герцога Арлика.
— Я пришел не за ней и не за тобой, сын чародея, — успокоил Ламент. — Я хочу просто поговорить с королевой. Наедине.
Чанс потрясенно уставился на него.
— Вы должны понимать, что это невозможно…
— Оставьте нас, — велела королева.
— Вы не можете доверять ему, ваше величество, — уперся сэр Вивиан. — Пешеход служит только своему Богу.
— Он никогда не причинит мне зла, — сказала королева Фелиция. — Идите. Оставьте нас. Нам нужно многое обсудить.
Чанс, Калли и сэр Вивиан переглянулись, дружно пожали плечами, поклонились трону и вышли из зала.
Главнокомандующий опирался на руку Калли. А королева и Пешеход долгое мгновение смотрели друг на друга. Затем королева встала и спустилась по ступенькам к подножию трона. Он встала вровень с Джерико Ламентом, и оба улыбнулись.
— Не всегда тебя звали Ламентом, — заметила Фелиция.
— Таково теперь мое имя, — ответил тот. — Отныне и навеки. Таков уговор."
"— Осталось ли что-нибудь от того человека, которого я помню?
— Разумеется.
Я стал больше, чем был, а не меньше. Я никогда не смог бы забыть тебя, Флисс.
— Тогда давай немного пройдемся, — предложила королева. — Поболтаем о старых временах, когда мы были молодыми и глупыми и еще не разучились надеяться.
Они гуляли по большому залу, близко, как друзья, но не касаясь друг друга. Фелиция вынула портсигар и мундштук из кармана, спрятанного в рукаве, и прикурила. Ламент покачал головой.
— Ты же знаешь, что тебе это вредно.
