Сенешаль по-прежнему топтался в дверях и вид имел смущенный. Хок потер глаза и сообразил, что снова оказался на пороге. Он посмотрел на Фишер, а затем перевел взгляд на Ламента.
— Мы сражались друг с другом, верно?
— Да, — ответил Ламент. — Вы оба достигли определенной точки, замерли как вкопанные, пробормотали несколько слов и напали друг на друга. Достойное зрелище. Вы оба — великолепные бойцы. А потом вы внезапно остановились, и я воспользовался моментом и сумел вытащить вас оттуда.
— Вы не видели темноты? — уточнила Фишер.
— Темноты не было, — отозвался Сенешаль. — Что произошло?
— Заклятие, — ответил Хок. — Оно заставило нас видеть всякие вещи. Людей из прошлого. Оно обманом втянуло нас в бой друг с другом.
— Черт, — ругнулась Фишер. — Ненавижу, когда меня проводят, как девчонку.
— Интересно, сколько еще уровней у охранного заклятия, и каковы они? — сказал Ламент. — Наверное, в итоге мне все-таки придется идти одному.
— К дьяволу! — рассердился Сенешаль. — Никто не смеет мне указывать, куда я могу, а куда не могу идти в собственном замке!
И прежде чем его успели остановить, он шагнул прямо в комнату.
Сенешаль тоже чувствовал растущее давление, но резким движением отмел его. Сенешаль привык бывать в местах, где ему находиться не полагалось. На самом деле он этим гордился. Он шел вперед, вызывающе подняв голову и стиснув кулаки. Самое существование Опрокинутого Собора внутри милого знакомого замка приводило его в ярость, и ему хотелось бы выплеснуть эту ярость на кого-нибудь… или что-нибудь.
Внезапно вокруг Сенешаля сгустилась тьма, и он остановился. Из серебристого света вышел его дед, легендарный Верховный маг. Невысокий, худой человек в черном одеянии чародея, с пугающе пронзительным взглядом.
— Я крайне разочарован тобой, — произнес Верховный маг.
— Ой, отойди, — отмахнулся Сенешаль. — Ты не мой дед. Ему всегда было плевать на меня. Он помер, задолжав мне семь именинных подарков. А теперь убирайся к дьяволу с моей дороги.
Он двинулся вперед, пройдя прямо сквозь изображение Верховного мага, и темнота вместе с видением пропали.
Вокруг победно улыбающегося Сенешаля снова возникла комната. До люка оставалось всего несколько футов. Неослабное давление уже равнялось по силе ураганному ветру, и Сенешалю приходилось сильно наклоняться вперед, чтобы продолжать двигаться. Но будь он проклят, если остановится, подобравшись так близко к цели! И в этот момент сердце его прекратило биться, легкие перестали дышать, и он упал замертво.
