Значит, я умерла

Вот только заявление у женщины приняли на испанском, а на английский так и не перевели. Она приходила к полицейским трижды и трижды писала заявление. А потом бывший муж пришел к ней в дом ночью – и заколол ее и двоих дочерей насмерть.

У меня даже желудок свело. Я представила себе отчаяние той женщины, и меня затрясло.

– Я сама узнала о Дейзи, только когда ее убили, но этот случай стал для меня своего рода путеводной звездой, – продолжала Адина. – Я задумалась: что могло спасти Дейзи от смерти? Конечно, с одной стороны, общественная активность – надо изменить судебную систему, заставить полицию обращать внимание на подобные жалобы.

Но это займет время, а мы не можем позволить себе ждать. Семьдесят пять процентов женщин погибают от рук мужей или сожителей уже после того, как уходят от них. Им приходится из кожи вон лезть, чтобы спастись. Иногда в ход идут фальшивые паспорта и другие средства, которые не считаются законными.

И тут я по-новому зауважала мою сестру.

– Сегодня даже одноразовый телефон без паспорта не купишь, – продолжала Адина.

 – Конечно, это прежде всего контртеррористическая мера, и, как таковая, она имеет смысл, но жертвам домашнего насилия, особенно нуждающимся в анонимности, от этого не легче. Наш подход к этой проблеме одобряют не все. Многие хотят, чтобы все было строго по закону. Но иногда речь идет о жизни и смерти. Кэролайн это понимала. Получив диплом, она перестала работать на горячей линии, зато давала нам деньги. Много денег.

– Денег Трэкстонов, – произнесла я, думая об одноразовых телефонах.

Бен говорил, что моя сестра пользовалась таким, но я ему не поверила, потому что представить не могла, откуда он мог взяться у Каро. Видимо, мне просто не хватило воображения.

– Теперь, когда ее нет, я думаю, что могу показать тебе кое-что. В своем письме она указывает на Тео как на угрозу, но… – Адина набрала на ящике стола код, замок пискнул шесть раз, и ящик открылся. – Кэролайн попросила меня сделать их для нее.

И она протянула мне два паспорта.

Я открыла первый, увидела фото сестры и имя – Дейрдре Джейн Брукс. При взгляде на второй паспорт у меня чуть сердце не выпрыгнуло. На меня смотрел Тедди, а надпись гласила, что зовут его Эдвард Райан Брукс.

– Что за черт? – выдохнула я. – Ничего не понимаю.

– Она и мне ничего толком не объяснила; сказала только, что ей надо бежать от Трэкстонов, – сказала Адина.

– От всей семьи. Золовка житья ей не давала. А свекровь…

– Урсула? Я думала, они ладят.