Зодчий. Книга I

Те, у кого открывается довольно редкий Дар управления временем — ведут себя немножечко не так, как большинство людей. Двигаются иначе. Даже если пытаются скрыть свои способности — привычки остаются. Особенно у тех, кто является боевым хрономантом, а не портальщиком.

Дигриаз определённо был из первых. Но пытать его вопросами о прошлом и будущем я не собирался. Сейчас наши дорожки сошлись, и где он решит свернуть — никому не известно.

— Транспорт будет через час, — сказал я барону, заметив, как изменилось его дыхание.

Американец совершенно точно проснулся, просто делал вид, что спит. — Ехать до Томашовки три часа, и дороги там не самого лучшего качества. Ещё не поздно отступить, Билли.

— Поздно, май друг, — приподнял шляпу Дигриаз. — Поздно! Я страшно заинтересьован! Пограничье, таинственные убийцы, сила двух аспектов! У менья уже есть первый глава моего нового романа, ю ноу! Не Великого, увы, но нового! Барон Дигриаз не отступит с пути, где поёт его музьа!

Когда на второй час путешествия в брюхе военного вездехода его вырвало — восторгов у американца явно поубавилось.

Привыкшие к такому зрелищу бойцы сопровождения отреагировали на страдания барона лишь брошенной ему грязной тряпкой, которой он очень неловко стёр следы своего позора.

Меня тоже мутило, но я держался. Новый Зодчий должен быть холоден, опасен и уверен. Этих солдат мне дали в усиление к существующему гарнизону, и показывать слабость на глазах пополнения я не имею права. Хотя дорогу к деревне хотелось бы заиметь получше.

Тоже путь развития. Где-то полтора часа мы ехали по неплохой трассе, даже асфальт местами был, но потом начался форменный ад. Не дорога, а направление.

Ну для того сюда вездеходы и гоняли.

Командовал пополнением худощавый десятник лет сорока, и на вопросы мои он отвечал односложно. Едем. Будем. Добро. Сделаем. И тому подобное. Вот бы начальник томашовского гарнизона был поразговорчивее. А то складывалось впечатление, будто со мной не хотят говорить, так как всё равно день-два и меня не станет.

И даже рядовые бойцы смотрели на меня, как на смертника. Ну что же, тем приятнее будет их всех разочаровать.

Делать большую ставку на военных я не планировал. Они моя опора только на ближайшее время. Развивать надо тех, кто будет жить в этой Томашовке. Ведь свой дом защищают очень крепко, где бы судьба его ни построила. Да, чего скрывать, человеческая натура способна приспособиться к любым условиям.