Зодчий. Книга II

И, думаю, все знали тех, кто пострадал от новой напасти из Изнанки. И я вынужден сказать, что это может повториться.

Толпа загудела. Страха стало больше. Пришлось поднять руку, чтобы унять волнение людей.

— Я уверяю вас: Конструкт может защитить!

— Берите наш, пусть он защищает! — выкрикнули из толпы.

— Это невозможно. Пока невозможно, но я работаю в этом направлении. А сейчас призываю вас брать всё что вам необходимо и уходить отсюда. На моих землях всем вам места хватит. Я не призываю вас бросать своё жильё навсегда.

Надо переждать неделю или две. За это время, возможно, я смогу что-нибудь предпринять и вернуть вам ваши дома. Сейчас же у меня вы можете рассчитывать на питание и крышу над головой. Условия простые, но они временные. Пока оно не вернулось, лучше пересидеть под защитой…

— А почему вы решили, что оно вернётся? — сказал человек в капюшоне, вокруг которого образовалось небольшое свободное пространство. Местные сразу определили его как чужака. Да и сложно было бы не обратить внимания на подозрительного незнакомца в таком наряде.

Я знал, кто это. Знал с первой секунды, как начал разговор. Спасибо пташкам Паулины.

— У имперской Комиссии другое мнение? — ответил я вопросом на вопрос. Мужчина сбросил капюшон, явив всем лицо с обвисшими щеками и запавшими глазами. Жидковатая поросль на голову дополняла унылый образ.

— Отрадна ваша осведомлённость, господин Баженов. Как и ваша своевременность, — снисходительно произнёс комиссар с гадкой улыбочкой. — Так удачно для вас всё сложилось! Бывают же в жизни совпадения.

Только получили земли и сразу же такое происшествие!

Много я слышал про имперскую Комиссию, но не ожидал подобной бесцеремонности.

— Вы намекаете на мою причастность к трагедии? — мягко спросил я. — Прилюдно? Выдвигаете необоснованные обвинения в адрес благородного человека?

С каждым словом мой голос наливался сталью. Комиссар перестал улыбаться, глаза его забегали, а на лбу выступила испарина. Он не ожидал такой реакции, полагая, что перед ним стоит нежный цветок, только закончивший академию, и готовый намочить штаны под взором представителя власти.

— Потрудитесь объясниться, уважаемый, — продолжал я, шагнув по помосту в его сторону. Теперь вокруг имперского посланника стало совсем просторно. Между нами не оказалось ни единого человека. — И представьтесь, чтобы я понимал, кому высылать секундантов, если вы продолжите подвергать сомнению мою честь!

— Владимир Шибанов, ваше благородие.