Зодчий. Книга III

Надеюсь, вы это понимаете и не будете оспаривать мои решения?

— Простите, ваше благородие, — у витязя покраснели уши. — Трезво осознаю, что лезу не в своё дело, но это выше меня. Неожиданно выше.

— Если хотите, я могу исключить её из гвардии, — предложил я самое простое решение.

— Ни в коем случае! — содрогнулся витязь. — Вы не представляете, как ей это важно. Простите, что завёл этот разговор. Предлагаю о нём забыть.

— О чём забыть? — нахмурился я.

— О каком разговоре? — показал я полное непонимание.

Он благодарно улыбнулся, отсалютовал:

— Мои люди будут готовы.

— Господин Снегов, — окликнул я его. Витязь остановился.

— Мне очень жаль, что наши дороги разойдутся, — бесхитростно сказал я. — Мы знакомы недолго, но я благодарен судьбе за то, что та даровала мне возможность пройти с вами плечом к плечу. Пусть и такой небольшой отрезок.

Командир гарнизона секунду помедлил, будто бы борясь с собой, а затем коротко кивнул:

— Это взаимно, господин Баженов. И я знаю, что этот регион будет в надёжных руках.

Кстати, это ещё один момент, который нужно обдумать. Текущая оборона выстроена из расчёта, что у меня имеется крупный отряд охотников под рукой, и целый имперский гарнизон. Раз последний скоро меня покинет, то придётся посвятить какое-то время фортификациям. Турели «Чурило», пусть и модифицированные, это защита скорее против двуногих, и при этом не самых сообразительных двуногих. А с самыми отмороженными из них я уже разобрался.

Надо строить линию обороны от тварей Изнанки, но для начала необходимо быть уверенным в том, где она будет проходить завтра.

Ситуация может в корне измениться, а тратить ресурсы для возведения какой-нибудь второй линии обороны, в тылу земель — немного не то, чем бы я хотел заняться.

Короче, день выдался чрезвычайно напряжённый, но плодотворный. После собеседования мы обсудили с Туровым явившихся в Томашовку кандидатов. Все, кого отобрала Паулина, были с даром. В основном адепты, но нашёлся и мастер аспекта огня. Правда, его кандидатуру пришлось отклонить.

Выходец из благородной семьи, лишённый всяческих шансов на наследство, он решил посвятить себя ратному делу, но за звонкую монету. Ничего удивительного, такое часто встречается у аристократов, кто не смог найти себя в обычной жизни российского дворянина. Вот только при не самых лучших вводных, крепкий мужчина вёл себя во время беседы так, словно делал одолжение одним своим присутствием. Это крайне губительная стратегия при поиске работы.