Золото Югры

Бывалый Сенька под парусами делал когда-то набеги по Волге в Каспий, его учить не пришлось. Молодшему Ерошке отвели роль сторожевого при костре. Старый Сенька мог уснуть, веселые годы его прошли; а Ерошка только приступал к настоящему ватажному делу. Вот и пусть ночки три не поспит, приучается к разбойному ремеслу…

Первый раз остановить англов решили на «Березовом острове». Так на старинных картах Макара обозначался остров между двумя руслами реки Оби.

На пятую ночь, когда отошли уже далеко вверх по Оби, к Березовому острову и примчались на своей смешной посудине с широченным парусом ватажные доглядчики.

– А почему мы дыма не видели? – озлился Хлыст.

– Толку здесь от дыма нет. Здесь не токмо, что дым, здесь даже деревья стелются по земле, от ветра прячутся. Ветер здесь – бешеный.

– Да, сызнова надо здесь учиться, – встрял в разговор старших Молодший Ерошка. – Где это видано – гриб боровик стоит сам выше березы?

Старинов усмехнулся. Действительно, кого хочешь напугает такая картина – гриб выше березы. Только вот сама береза не выше колена.

– Сколько англам ходу до нас? – спросил Макар.

– Мы на шлюпке дошли сюда за сутки.

– Не про вас разговор. Сколько времени надо англам, чтобы дойти до Березового острова?

– Ну, два дня… – смело отозвался Ерошка.

– Ну, ну! Не нукай! – в голос заорал Хлыст. – Молод еще понукать, не запрягши! Думай, потом говори – сколько ден имям надо?

Хлыст совсем разозлился. Сенька Бывалый ругани не слушал, что-то вычислял на пальцах. Вычислил:

– Стало быть, они сюда прикатят через два дня, на третий.

Макар отошел в сторону брига. Тот еще три часа назад подтянули к самой земле, крепко привязали за огромный пенек сосны, чтобы носовая часть корабля твердо лежала на суше. Сейчас бриг весело качался на воде.

Так. Попались все. И русские, и англы.

– Половодье! – заорал Макар. – Талая вода сюда катит!

Глава двадцать девятая

Вода за ночь поднялась почти на сажень. Человеку встать на дно, вчерась еще бывшее берегом, да поднять руки – тогда только пальцы из воды увидишь. Так поднялась обская вода. Обь на время стала не рекой – морем.

– Ты-то, атаман, чем думал, – ругался Хлыст на Макара, когда третий раз за сутки пришлось подтягивать бриг к берегу.