Золото Югры
0 прочтений
И вот вам – два. Этот человек, капитан Ричардсон, перед своим отъездом, по русскому закону, должен дать материальное либо какое другое удовлетворение десяти здешним девицам, коих он пользовал в ночное или иное время.
– Дурь какая-то, – просипел капитан Ричардсон.
Между рейтарами и крытыми возками быстрой стайкой просочились десять голоногих девиц. Все они в этакий февральский мороз ничего на себе, кроме нижних рубах, не имели. Нет имели, поправил себя Макар Старинов, силой заталкивая капитана обратно в дом. Они имели натуральные округлости на месте животов, каковые появляются у женщин по второму или третьему месяцу беременности.
В окно Макар увидел, что московские стрельцы, перекинувшись между собой согласными словами, отъехали к шинку Гохера.
В дверь забарабанили:
– Господин посол! Сэр! – кричал майор Ганс Штебин. – Это не есть наша дурь! Это есть ваша дурь или удовлетворение, как хотите! Но только надобно по русскому закону на какой-либо девице жениться! А остатным женкам дать серебро, стоимостью один рубль, дабы они не остались без приданого и достойно вышли замуж!
– Есть такой закон? – спросил Макара Ричардсон.
– Есть, не сумлевайся, – и Макар сделал очень серьезное лицо.
– Может быть, скроемся через черный ход?
– Никак невозможно. Там засели отцы и родственники девиц. Ждут нас с топорами да кольями, – соврал Макар. И добавил вопрос: – А когда это ты сумел стольких обрюхатить?
– Да эти стервы по ночам на одно лицо!
– Ну, кроме лица в другом месте есть разница!
– Ну, мы с тобой тогда попались намертво, – сказал Макар.
– Да ведь нечем мне откупиться! Нечем! Два шиллинга есть серебром и – все. Поговори с ними, Макарка, может, обождут? На Москве я обязательно встречу соотечественников или иных европейцев. У них денег займу. Поговори, а?
– Поговорить можно. Только ведь они не отстанут. Поди, для такого случая и сани запрягли. Такой подлый обоз вместе с нами заедет в Москву, что хоть святых выноси!
Выезжать населенцам Юдино никуда не разрешалось.
Макар снова увидел человека от дядьки Осипа. Человек постоял возле двух крайних девиц, что мерзли на снегу слева от ворот, и опять исчез.
Макар сунул в широкий рукав рясы кухонный нож. Протянул руку:
Получив две тяжелые серебряные шестигранные монеты, Макар тяготным шагом вышел на улицу.