Золотое сердце Вавилона

Конечно, это грач кричал в своей клетке.

Он пристально смотрел на меня, склонив голову набок, и мне показалось, что взгляд говорящей птицы похож на взгляд механического клоуна, клоуна с кроваво-красными губами…

– Прекрати, Мардук! – прикрикнула я на грача. – Я теперь буду здесь жить, так что не стоит со мной ссориться!

– Мардук – дурак… – отчетливо проговорил грач.

– Вот здесь я с тобой совершенно согласна! – я усмехнулась. – И вообще, критическое отношение к собственной особе достойно всяческого уважения!

Грач обиженно нахохлился и ушел в свой домик переживать обиду.

Точно как муж, подумала я. Когда он воображал, что я проявила к нему недостаточное уважение, ложился на диван, отворачивался лицом к стене и часа два выражал спиной мировую скорбь… Его мамочка тут же начинала суетиться, беспрерывно теребила его, интересуясь, не болит ли что у Витеночка, осторожно щупала его лоб на предмет повышенной температуры и даже интересовалась, был ли у него стул. Честное слово, сама слышала!

Как говорится, помяни черта – а он тут как тут.

Не успела я подумать о муже, как зазвонил мой мобильник и на дисплее высветилось до боли знакомое имя.

– Да, Виталик! – проговорила я, стараясь не показать досаду.

– Где ты, Антосик? – проговорил он озабоченно.

Я по-прежнему не собиралась ничего ему говорить про загадочную тетку, про ее завещание, про антикварный магазин и квартиру. Может быть, когда-нибудь потом придется это сделать. Когда я буду точно уверена, что квартира моя по закону.

Хотя… кажется, муж имеет право претендовать на мое наследство… Надо бы проконсультироваться у нотариуса Винетутова на этот счет.

– У подруги? – переспросил муж взволнованно. – У какой еще подруги?

– У… у Зои Желудевой, – выдала я первое попавшееся имя.

Не стала ссылаться на Ленку Соловьеву, потому что с него станется ей позвонить. Не то чтобы он мне не доверял, но все же… Имя злодейки Зойки всплыло отчего-то в голове.

– Кто это такая? – в голосе мужа прозвучали подозрительные нотки. – Ты мне никогда о ней не говорила!

Это что-то новенькое! Прежде муж никогда не интересовался моими подругами.

Он вообще не интересовался ничем и никем, кроме себя, любимого. Вечно талдычил про свою трактовку образа Базарова и про то, что комиссия из роно высказала ему одобрение.

– Да говорила я! – ответила я как можно небрежнее. – Ты, наверное, просто забыл… мы с ней ходили в один детский сад, играли в одной песочнице…

Врать так уж уверенно, думала я, твердо стоять на своем, не меняя показаний.