Золотой пленник

– Малку-у-уд? – произнес пораженный Крафт. Густав со Спиросом тоже уставились на своего товарища. – Так это ж денег немалых стоит!

– В малкуде учатся на ростовщиков, менял и банкиров, – доложил Густав. – У нас с окрестных хуторов в малкуде учился лишь сынок самого богатого скотовладельца.

Мимо прошли двое людей Рафтера, невольники замолчали, молодчики недобро на них покосились и пошли дальше, выискивая среди обедавших других должников. Вскоре одного подняли с земли и, посматривая по сторонам, стали тычками подталкивать в сторону складских палаток.

– Убить не посмеют, – сказал Крафт, провожая взглядом смирившуюся с участью жертву.

Спирос облизал ложку и вздохнул. Дни в лагере пролетали быстро, и подходил срок выплаты долга.

– Ничего, найдем деньги, заплатим за них едой, – начал успокаивать всех Питер.

– А как мы будет платить, самим, что ли, не жрать? – возразил Густав.

– Почему не жрать? Будем отдавать по четвертине – получится целая порция за один раз. По нашим условиям – хорошая цена.

Густав вздохнул, он не хотел отдавать четвертину порции, поскольку копил силы, чтобы сбежать.

Мысли о своем брошенном хуторе с семьей, а самое главное, с лошадками и коровами, которых теперь, без сомнения, приберет к рукам брат, терзали невольника с самого первого дня пленения.

– Слушай, а чего к тебе капитан приставал, как будто вы знакомы с ним?

– Обознался, – пожал плечами Питер.

– А я думаю – нет. – На лице Густава появилась хитрая улыбочка. – Или говорить не хочешь?

– Ты бы заткнулся, а? – предложил Спирос.

 – Если Питер захочет нам что-то рассказать, он расскажет, если нет – его дело.

– Подъем, бездельники! Сдавать миски и строиться!

Это был сержант Уэйт.

– Гудьира что-то не видно.

– Вон он – шатается уже.

Когда рота вернулась на учебное поле, капитан фон Крисп и лейтенант Горн были уже на месте. Они прекрасно отобедали в офицерском шатре, причем помимо говяжьего супа и телятины в виноградных листьях попробовали то, что давали их солдатам. Инициатором был капитан, который привык контролировать все, что касалось жизни вверенных ему людей, а лейтенант, чтобы покрасоваться перед коллегой, съел чуть ли не целую порцию баланды с бараниной, в результате чего объелся.

– Что это было там в супе, капитан? – спросил лейтенант, осторожно поглаживая живот, кирасу он был вынужден снять.

– Да. Это крупа такая.

– Крупа? Я никогда не ел никакой крупы. Как вы думаете, меня не пронесет?

– Не знаю, – пожал плечами фон Крисп, едва сдерживая улыбку.