Золотой воин

– Мне кажется, я сегодня умру, господин Питер, – сообщил он и пошел к воротам, где его уже ждали двое рабов-строителей, также вооруженных луками.

– Пойдем и мы, – сказал Корнелий. – Скоро станет светло, и манукары начнут делать брешь.

– И ты вот так просто об этом говоришь? – поразился Питер, забегая перед Корнелием.

– А что же тут удивительного? Они для того и пришли. Небось не первый город берут, знают, что к чему.

Некоторое время они шли по улице молча. Было непривычно тихо, прежде в этот ранний час невольники со всех поместий отправлялись за город – в свинарники, а теперь никто никуда не спешил, и улица была завалена оброненными с возов камнями, втоптанными в грязь тряпками и раздавленными корзинами.

– Как все будет на самом деле? – решился спросить Питер. Прежде он боялся задать этот вопрос, но дальше откладывать было невозможно.

– Сначала сделают брешь под одного человека и пойдут в атаку, станут прорываться внутрь и одновременно делать брешь шире. Мы пару раз отобьемся, потом они прорвутся в город частью пешими, а частью верхом.

– Мы с тобой должны уцелеть. Я рвану через ворота на зубане и отвлеку внимание, а ты спустишься со стены у юго-западной башни и поспешишь в лагерь противника. Там будут только обозные, и ты сможешь захватить хорошую лошадь. У них имеются запасные строевые лошади для манукаров.

– А что будет со всеми остальными?

– Я должен отвечать и на этот вопрос?

– Нет, – сказал Питер.

На стене их уже ждали.

Молоканы провели ночь в охранении и выглядели встревоженными.

– Корнелий, они стучали всю ночь – сколачивали что-то! Может, стенобитное орудие? – беспокоился Даувпирт.

– Не думаю. Скорее всего – арпаши. Когда совсем рассветет, мы их увидим.

Как всегда, он оказался прав. Вместе с солнечными лучами к осажденным пришло понимание, что враг за ночь сумел хорошо подготовиться. Всего в сорока ярдах от западной стены стоял ряд из пятидесяти арпашей, сколоченных из отсыревших досок и жердей, привезенных с окрестных свинарников.

О том, чтобы поджечь сырое дерево стрелами с просмоленными тряпками, не приходилось даже мечтать, пробить арпаши стрелой можно было только из барийского лука, но скольким было под силу сделать такой выстрел?

– Корнелий, – Питер вынырнул у правого плеча защитника и встал так, чтобы от арпашей его видно не было, – Корнелий, а ты можешь пустить стрелу, чтобы она пробила этот, как его…

– Да, арпаш.