Золотой воин

Нужно выбрать подходящий момент и сбежать, а то начнут выяснять, кто да откуда… Стой!

Фон Крисп увидел, как во двор заворачивает черная карета. При ее появлении кавалеристы стали спрыгивать на землю и расталкивать спавших на возах людей. Половина двора была заставлена подводами, и они мешали проезду сановного экипажа, запряженного четверкой лошадей. Видно было, что кирасиры пытались будить людей без лишнего шума, однако из этого ничего не вышло, сбитые с толку собаки окружили их и подняли лай.

– Вот и все… – сказал фон Крисп.

– Кто за нами? – спросил надевавший сапоги Питер.

– Мой старый враг, граф Авентир. Судя по сопровождению, он за эти годы преуспел. А вот и он сам – мерзавец.

Крафт сунулся к окну и увидел выходящего из кареты человека в черной одежде с выпущенными поверх черных перчаток белыми манжетами.

– Мы могли бы покончить с ним выстрелом из арбалета.

– Это так, но тогда весь остаток жизни нам придется провести в бегах.

– Мы и так в бегах, ваше благородие.

– Нет, приятель, это еще не настоящие бега, это только прогулка. А вот когда мы подстрелим одного из высочайших чиновников имперской прокураторской системы, вот тогда под нашими ногами загорится земля. Питер, пойди запри двери, да так, чтобы ни одна крыса не смогла проскочить!

– Слушаюсь, капитан!

Питер подхватил свой меч и выскочил в коридор. Здесь уже было неспокойно, разбуженные постояльцы выходили в исподнем и спрашивали друг у друга, что случилось и откуда во дворе солдаты.

Питер сбежал по лестнице и перехватил хозяина, собиравшегося выйти во двор.

– Стой! – приказал ему Питер. – Другие выходы из трактира есть?

– Нет, ваша милость, это единственный, – ответил озадаченный трактирщик.

Питер с лязгом задвинул крепкий засов и потребовал веревку.

– Но зачем, ваша милость? Я как раз хотел выйти, чтобы узнать, что за важные люди при…

– Веревку тащи! – закричал Питер, и хозяин убежал на кухню.

Со стороны улицы кто-то дернул за ручку. Дверь не поддалась, тогда в нее стали стучать – сначала кулаками, а потом, судя по звону шпор, в ход пошли каблуки.

– Открой, сволочь! Именем императора мы требуем открыть эту дверь!

– Ваша милость! Ваша милость! – забормотал трактирщик, подавая Питеру веревку. – А может, не надо? Ведь именем императора… Они же нас… Это же государственная измена!

Но Питер не обращал на его стенания никакого внимания, он деловито заматывал петли засова, чтобы никто не смог открыть его быстро.