Золотой воин

В случае необходимости ворота перекрывались в одно мгновение.

«И кого им здесь бояться?» – удивился Питер. Укрытые за поясом крепостной стены, огромные жилые строения молоканов казались незыблемыми. Даже внутри города каждая из усадеб представляла собой отдельную крепость. Кое-где на строительстве еще работали рабы, однако самые большие камни приходилось укладывать молоканам – человеку такое было не под силу.

Улицы, по которым вели Питера, были частью мощены булыжниками, а частью – просмоленными деревянными брусками.

От жары смола расплавилась и приклеивалась к башмакам Питера.

Сделав очередной поворот, быки едва протиснули телегу между двумя столбами и остановились возле деревянных ворот, перекрывавших вход под каменную арку.

Ехавшие на лошадях орки спешились и принялись разминаться, переваливаясь с ноги на ногу. Возница постучал в ворота и что-то крикнул на своем языке. Ему ответили, потом загремели засовы и створки стали открываться.

За ними показался немолодой косматый орк, немного ниже ростом, чем другие, но зато значительно шире в плечах.

– Эй, ты, это теперь твой хозяин, – сообщил Питеру возница, указывая на косматого орка. Питер тотчас ему поклонился, надеясь не попасть в немилость с самого начала.

Схватив одного быка за рог, возница потащил повозку во двор, старый орк пошел следом.

Питер чуть замешкался и, оглянувшись, заметил, что двое орков-молоканов смотрят на него, держа своих лошадей под уздцы.

«Караулят», – подумал он и, поспешив за новым хозяином, вышел на просторный двор, посреди которого стоял столб высотой футов в тридцать.

На его вершине находился выкрашенный охрой небольшой ящик с окошком. Питер подумал, что там живут птицы.

Двое рабов в дальнем углу двора строгали доски, еще один разводил в деревянном корыте известковый раствор для укладки камня. Большая куча его была свалена неподалеку, и двое молоканов выбирали из нее подходившие для стены – они наращивали одну из внутренних построек.

Пахло лошадиным навозом, а из закопченного окошка одноэтажной пристройки поднимался дым – видимо, там была кухня.

У ее стены на стуле сидел человек в простых штанах и рубахе. На вид ему было лет пятьдесят, но на раба он похож не был. Положив ногу на ногу, незнакомец со скукой на лице посматривал по сторонам.

Питер осторожно покосился на хозяина, может быть, тот не видит вольностей этого человека, однако тот помогал орку-вознице распрягать быков. О новом невольнике, казалось, все забыли.