Золотые мальчики (ЛП)

Уголки моих глаз горят, и я задерживаю дыхание, когда Паркер подошла ближе. Она останавливается рядом с Уэстом, и на ее лице вспыхивает ненависть.

— Ты идиот, — шипит она на него. — Когда дерьмо разлетится тебе в лицо, не говори, что я тебя не предупреждала.

С этим она прорвалась между нами, по пути врезаясь плечом в мое плечо. Она бормотала что-то язвительное себе под нос, но я не уловила этого. Затем Уэст отошел в сторону, молча приглашая меня в свое пространство.

В пространство, где он минуту назад занимался Бог знает чем с Паркер.

В воздухе витал аромат ее духов, и я втайне поблагодарила Уэста, который открыл раздвижную дверь, ведущую на балкон, впуская свежий воздух. Свет из города тоже проник сюда, и мой взгляд перешел на кровать. Она все еще застелена, но два отчетливых отпечатка показали, где Уэст и Паркер делали…что бы они ни делали до моего появления. Я снова заставляю себя отвести взгляд, медленно опустилась в кресло, на спинке которого висела черно-золотая майка Уэста.

— Ты хотела поговорить, так говори, — вздохнул он, опираясь на край круглого стола в углу.

Сначала я сделала глубокий вдох, а потом просто… вывалила на него все. Потому что я полна до краев, и, если я смогу заставить его почувствовать хотя бы часть того, что чувствую я, я буду довольна.

— Ты, безусловно, одно из самых дерьмовых человеческих существ, которых я когда-либо встречала. Если я вообще могу тебя так назвать, — начала я. — Ты используешь людей, причиняешь им боль, и тебе даже наплевать!

Моя грудь сжалась от эмоций, и я понимаю, что мне, вероятно, следует просто прервать миссию и уйти, но я не могу.

— Я купилась на это, — признала я. — Две недели назад, в бассейне, я позволила себе подумать, что я действительно могу что-то чувствовать к тебе, а сегодня ты полностью от меня отмахнулся. И ради чего? Ебаной Паркер Холидей?

Помедленнее, Блу. Не позволяй ему увидеть слишком много.

— Я все время спрашиваю себя, что я могла сделать, чтобы заслужить такое отношение к себе, как ты относишься ко мне, и только сегодня вечером я поняла, что ответ на этот вопрос — «ничего».

— Может быть, — вклинился он. — Или…может быть, виноват мой отец.

Я уже закатила глаза.

— К черту твоего отца. Кем бы он ни был, — огрызнулась я. — Он может быть ужасным — поверь мне, я это понимаю, — но ты не можешь использовать это оправдание. Не здесь. Не со мной, — прошипела я.