Зубы дракона

Мало кто мог заподозрить их в чем-то. А эти единицы обрекали себя тем самым на смерть.

Так что Сёльве ничего и никого не боялся! Он был неуязвим, он был бессмертен!

Впрочем, последнее еще было неизвестно, хотя ему в любом случае — уж в этом-то он был совершенно уверен — предстояла долгая жизнь в грехе и разврате.

Здесь, в Вене он часто возвращался мыслями к рассказу своего деда Дана о его поездке в Австрию по следам Тенгеля Злого. Дану не удалось задуманное — наверно, потому, что он хотел обезвредить Тенгеля Злого.

Повторять ошибку деда Сёльве не собирался. Он тоже хотел найти своего недоброго предка. Но лишь потому, что у них было много общего. Их объединяло зло, и Сёльве надеялся сделать еще шаг и стать бессмертным, как тот старик, или, может быть, даже получить власть над всем миром — cтать соратником Тенгеля Злого?

Он находился не так далеко от того места, где пришлось отступить его деду Дану. И не потому, что он потерял след, а потому что не хватило денег продолжить путешествие на юг от Зальцбурга, если так называлась та маленькая деревушка…

Денег у Сёльве было теперь достаточно.

Даже очень много. Было у него и другое преимущество перед дедом: он был проклятым, он мог видеть суть вещей и действовать так, что никто ничего не мог понять.

Наконец он очнулся от мечтаний о своем величии, чтобы вновь вспомнить о нерешенной проблеме: Тролль. Так его называли.

Сёльве захохотал.

Неприятным, гортанным смехом.

— Другого имени у тебя не будет, чертенок! Что за фантастическая идея — может быть, стоит окрестить тебя в церкви? Да нет, не получится. Уж в этом мы похожи, ты и я, Тролль! Нам не нравится в церкви!

Он снова вспомнил детство, свою детскую веру. Родители приучили его молиться Богу, и он старался делать это. Но он помнил, как однажды мать сказала ему: «Странно, что ты так часто болеешь по воскресеньям, Сёльве!»

Мать никогда не задумывалась над этим.

Да и он тоже. А сейчас он понял. Он просто боялся ходить в церковь. Его отталкивали не занудные бесконечные проповеди, а сама атмосфера церкви, от которой ему становилось дурно.

Странно, что он понял это только сейчас!

Ночь стояла тихая. Жители Вены заснули. Ужасавшее его существо в пеленках дышало почти неслышно. Но оно дышало, оно жило и всем своим существованием угрожало будущему Сёльве.