Зултурган — трава степная

Под Церена кто-то подкапывался — хитрый и беспощадный…

После изгнания из Шорвинского улуса белогвардейцев Церен командовал взводом охраны. Это было нечто подобное улусной милиции, до организации специальной службы ЧОНа по защите населения от банд. Потом взвод усилили до сотни бойцов. Вскоре, после окончательного утверждения на местах Советской власти, в улусе была создана своя партийная организация. Ответственным секретарем ее избрали Кару Кандуева, ранее работавшего председателем исполкома. В председатели исполкома был выдвинут Нохашкин, причем на эту должность землякам рекомендовал Нохашкина сам Араши Чапчаев.

Правда, когда решался вопрос, Кандуев решительно возражал против кандидатуры Нохашкина, предлагая в председатели Доржи Даганова. Но коммунисты улуса отдали предпочтение Нохашкину.

В начале мая, еще до выборов Церена Нохашкина в председатели исполкома, восемь вооруженных всадников проникли на территорию области с другого берега реки Сал, саблями и выстрелами разогнали людей ближнего хотона, угнали целое стадо коров.

В одном из аймаков по пути сожгли здание исполкома. Табунщики приметили: один из восьми всадников был в поношенной офицерской форме, без погон. Люди слышали, что налетчики обращались к своему главарю, называя его то господином капитаном, то господином полковником. Нашелся даже старик, слышавший фамилию главаря, вскользь произнесенную его сообщником: Жидов или Житкин… В Шорвинском исполкоме сразу поняли: речь идет о сынке бывшего скотопромышленника Жидкова.

Командир охранной сотни Церен Нохашкин, узнав от своих дозорных о появлении на территории улуса банды, тут же разослал по улусу разведчиков, а сам обратился к председателю исполкома Кару Кандуеву за разрешением обрушиться на налетчиков всей сотней, отрезать их от реки и переловить в хотонах. Кандуев был уже немолод, ему перевалило за сорок, и он уже привыкал беречь себя, не рисковать излишне.

Бросить всю сотню на ликвидацию банды, оставить улус с его учреждениями, а главное его самого, Кару Кандуева, и его семью без охраны, недавний улусный стряпчий, а ныне глава улуса устрашился.

«Нохашкин снимет охрану, кинется в погоню за бандой, а вдруг эта банда повернет удила на незащищенный улус?»

После короткого, неприятного для обоих объяснения, Кандуев разрешил снять с охраны лишь половину бойцов. Сознавая, что этого мало для охвата большой территории, Церен рванулся в погоню. На ходу он расчленил полусотню на пять групп… Одну из групп возглавил сам.