Зултурган — трава степная

Лицо скуластое, испещренное морщинами, темное, как дубовая кора, и узенькие, глубоко сидящие карие глаза… Глаза были молоды, они жили картинами видений, вспыхивали светом озарения и тут же погружались в бездну печали. Джангарчи сидел, поджав под себя ноги, покачивался, цепко обхватив худенькой рукой домбру. Был он хил, внешностью зауряден, но люди покорялись его голосу. Люди внимали слову…

Вадим стал прислушиваться к ритмам напевной речи старика. В словах много согласных.

Бегущий звонким ручейком мотив будто спотыкался о невидимые препятствия. Тем не менее он почувствовал: совсем не зная языка, кое-что понимает, может, просто догадывается, о чем поет джангарчи. Такое открытие взаимосвязи между собою и иноязычным сказителем удивило Вадима. «Как это можно понимать, не зная языка?» Долго он не знал, как ответить себе на этот вопрос. Потом понял: исполнитель движением губ, напряжением голоса, едва уловимыми жестами рук и головы, вплоть до полета отведенной от домбры сухонькой руки, превращающейся в некую птицу, изображает обширную степь, скачущий по ее сухим травам табун лошадей… Вот гудит земля под копытами, крошатся стебли трав и кустарники… Вот скачет одинокий батыр в доспехах, сшибаются пики и стрелы, звенят железо и сталь. И вдруг голова старца никнет — батыр сражен, силы оказались неравными… Но что-то в степи меняется. Голос нарастает, кто-то сильный и добрый, наверное мать или невеста, врачует раны, поддерживает всадника, благословляет на бой. Джангарчи неистовствует, в голосе его кипение, старческий голос его звучит отчетливо, звонко… Где-то вдали веков кипит бой… Перенесясь в те далекие дали, сникли над полем боя в благоговейном молчании потомки…

— Выйдем на минутку! — шепнул Борис.

Вадим отрицательно качнул головой, дернул за рукав нетерпеливого друга: «Сиди!»

— Надоело! — настаивал Борис.

 — Я же ни бельмеса не смыслю!.. Да и ты. Не притворяйся!

— Помолчи! Это же великолепно!

Вадим больно ущипнул Бориса за локоть.

Долго еще лилась из уст старца песня о степных богатырях, о великой и солнцеликой стране Бумбе. Но песня оборвалась, и учитель Араши поднялся со своего места.

Когда они трое вышли на улицу, учитель пересказал им одну из песен «Джангара».