Зверь

Сейчас он смотрел на меня с нескрываемым голодом, и от этого взгляда внутри все сжималось, стягивалось, сматывалось в тугой нервный узел в районе низа живота, а сердце колотилось, билось о ребра, как бешеное. Я видела, как он хочет меня! Это заводило и подстегивало еще сильнее… Я мечтала почувствовать его всего… своей голой кожей.

Я доверилась ему и полетела вместе с ним в эту пропасть вожделения, похоти, нетерпения…

Саша оторвался от моих губ и посмотрел мне в глаза…

— Не бойся, — сказал он, — я не сделаю тебе больно.

Его пальцы снова поползли по моему телу вниз, пока не достигли подола платья. Затем, медленно, он повел ими по моей ноге, задирая его. Двигался до тех пор, пока не достиг края трусиков. Его рука в одно мгновение раздвинула мои ноги, а ловкие пальцы сдвинули трусики в сторону. А потом… его пальцы начали поглаживать меня, трогать, ласкать, не проникая внутрь. Я чуть не захлебнулась от жара, парализовавшего бедра, когда он настойчиво размазал влагу по моим нижним губам.

Он снова поймал губами мой сосок, покусывая и посасывая его.

Моя голова кружилась, сознание плыло, страхи… Да какие, к черту, страхи?! Я уже не слышала ничего: ни орущую внизу музыку, ни его хриплые стоны… только бешенный стук сердца в ушах.

Его пальцы ласкали, трогали меня между ног, пока один, не проник внутрь. И я выгнулась… Странная волна удовольствия прошила мое тело.

«Боже! Еще!» Мое тело дрожит от его ласки, но хочет чего-то большего… Я начинаю всхлипывать и стонать…

И он стонет мне в ответ и от его хриплого стона мои мышцы лихорадочно и туго сжимают его палец, неистово сокращаясь вокруг него. Я сошла с ума! Окончательно. Я кончила, занимаясь такими вещами с ним! Мы оба в полнейшем бреду, безумные, возбужденные, летим вниз, в пропасть из влечения, вожделения и сладострастия.

— Маленькая, моя, совсем мокренькая, — тихо прошептал он мне на ухо, властно перехватив меня за попку, разминая ягодицы, членом грубо вжимая меня в стену.

Так много! Сразу так много ее, что я дрожу от переизбытка чувств. Так много… и, в то же время, безумно мало! Я стал жаден до ее тела, прикосновений.