Звезда Авроры

– Зила, ты спятила? – орет Скарлетт.

Договорить она не успевает. Я бью ее по плечу ударом школы Аэн, выбиваю у нее оружие, обездвиживая руку.

Но Внутренний Враг уже на свободе. При виде бессознательно лежащей на полу Авроры зверь вырывается из клетки, воя в мрачном восторге. Песня убийства наполняет мои жилы, я подбираю брошенный пистолет. Пульс рвется вперед, зрение обострено. Палец ложится на спусковой крючок поднесенного к голове Зилы ствола.

Что-то бьет меня сзади, выбивая дезинтегратор. Перекатом вскакиваю, бью в сторону врага и чувствую, как кулак ударяет в кость.

В голове у меня звучит голос отца, он подстегивает, его рука на моем плече, наводит удар в горло Тайлеру. Он смеется, когда мой Альфа издает стон, отшатывается назад, разбрызгивая кровь. Кэт ударяет меня в бок, но я изворачиваюсь, кровь на костяшках, руки подняты, сердце колотится.

Но Враг полностью завладел мной, Тяга его освобождает. Даже здесь, в Складке, перед глазами у меня красная пелена, дыхание перехватывает. Ни одной мысли, кроме той, что Аврора ранена, она в опасности, она – мое все, мой мир, моя…

– КЭЛ, ПРЕКРАТИ! – кричит Скарлетт.

Я закрываю глаза, сопротивляюсь всеми силами. Враг так силен, Тяга так глубока, взывает так громко. И тому и другому трудно противостоять по отдельности, но вместе они сильнее того, что удерживает вместе клетки моего тела, того, что объединяет вселенную в одно целое. Ничего подобного я не испытывал никогда. Не могу объяснить.

В насилии нет любви.

И очень медленно я открываю глаза.

На мостике царит хаос. Тайлер поднимается с пола, у него кровь на подбородке. Кэт лежит на полу, держится за ребра.

Зила прижимается спиной к стене, глядит на хаос расширенными глазами, посасывая свой тугой локон.

– Он стоял на режиме «Оглушения», – шепчет она.

– И мы так отлично ладили все это время, – ухмыляется Фин.

Я уже возле Авроры. Все, что я пытался скрыть, вырвалось, кипя, на поверхность. Ледяные стены, скрывавшие мои чувства, разлетелись вдребезги. Сердце колотится о ребра.

Аврора лежит, оглушенная дезинтегратором Зилы, голова ее привалилась к противоперегрузочному дивану, свесилась набок. Глаза закрыты, как во сне.

Но она, как до меня доходит, невредима.

– Все живы? – спрашивает Тайлер. Голос у него хриплый после моего удара по горлу.

Все медленно кивают в ответ.

– Кэл, ты мне говорил, что у тебя все под контролем! – сердито обращается он ко мне.

– Я прошу прощения, – говорю я, сам в ужасе от того, что натворил.