Звезда Авроры

Аврора наклоняет голову, и у меня сердце сжимается при виде струйки крови, текущей из ее носа и капающей с подбородка.

– Чего ты хочешь? – спрашивает Тайлер, сохраняя равновесие в содрогающемся корабле.

Аврора не отвечает. Она оглядывается вокруг, замечает Триггер, закатившийся под главную консоль. Тянется за ним, и статуэтка в ответ дрожит, поднимаясь с пола будто по собственной воле. Аврора, прищурившись, сжимает пальцы в кулак. На поверхности Триггера появляются трещины, эхом отдается в воздухе звук лопнувшего металла.

Я делаю шаг, протягиваю руку. Мы все рисковали жизнью ради этой скульптуры, мы все…

Триггер разлетается по всему мостику осколками металла. Один царапает мне щеку, другой просвистывает мимо горла, вопль в ушах нарастает. А перед Авророй плавает в воздухе алмаз, который был вделан в грудь статуэтки. Он больше, чем сперва казался, – основная его масса была скрыта, как скрыт айсберг под поверхностью океана.

Сейчас он светится, и поверхность его изрезана сложным узором из спиралей.

Аврора манит рукой, и камень подплывает к ней, приземляется на маленькую ладошку. Когда он касается кожи, возникает проекция из чистого света, заполняющая весь мостик – калейдоскоп светящихся точек, миллиарды точек, вихрей, спиралей, узоров, которые узнает любой кадет Академии Авроры.

Голос Кэт перекрывает растущие вопли:

Камень переливается, пульсирует. И среди огромного собрания мерцающих звездных систем, вопреки монохромности Складки, десяток солнц становятся красными. Единственное цветовое пятно среди черно-белого, алое, как человеческая кровь.

Я ощущаю в животе холодный ком панического страха, не понимая толком почему. И чувствую, что у остальных то же самое – сеть их разумов потрескивает инстинктивным ужасом. Страх совершенно первобытный, страх талаена в темноте, когда ему на спину падает тень от крыльев драккана.

Я смотрю на проекцию, борясь с этим ужасом в груди.

Вижу разворачивающуюся перед нами, вокруг нас, галактику, спиралью навивающуюся на огромную черную дыру, лежащую в ее побитом штормами сердце.

Невероятное небо, переливающееся и пульсирующее красными точечками иллюминации.

И до меня доходит, на что мы смотрим.

– Звездная карта! – кричу я, перекрывая вопль.

Галактика начинает двигаться, будто время потекло вперед. Обращается вокруг блестящего черного сердца, быстрее и быстрее. Бесконечная спираль, миллиарды звезд, взаимодействующих и мерцающих, вспыхивающих и гаснущих.