Звезда Авроры

Кэл выступает вперед, рука лежит на рукояти пистолета, взгляд прожигает Принцепса насквозь.

– Эта станция под управлением Сильдры, терранин. У тебя нет полномо…

Солдаты АОТ поднимают оружие – и два десятка прицельных лазеров подсвечивают Кэла, словно в День Федерации.

– Приведите в чувство своего бойца, легионер Джонс, – требует Принцепс.

– Легионер Гилврэт, – тихо говорит Тайлер. – Отставить.

– Кии'не дой алла'иавеш иши, – произносит сильдратиец, и едва заметная злость пробивается сквозь его ледяной панцирь.

Кэл закипает от ярости, но при всей сильдратийской надменности нацеленные прямо в его симпатичную морду стволы заставляют его задуматься. Он отступает.

Аври смотрит на всех, на глазах ее слезы, но ясно, что никто больше не осмелится выступить против. Я – ни в коем случае. Бетрасканцы мыслят категориями переговоров. Сделок. А при таком скверном раскладе единственный разумный ход – уйти. Мои товарищи по Легиону, видимо, согласны следовать примеру Тайлера, а он не выступает за спасение Авроры.

Так что она поднимает голову и шагает к сопровождающим так, будто идет на казнь.

Солдаты АОТ стволами показывают нам следовать за ними.

Что-то все это не вызывает у меня приятных чувств.

ПРАВООХРАНИТЕЛЬНЫЕ ОРГАНЫ ТЕРРЫ

► ГЛОБАЛЬНОЕ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОЕ УПРАВЛЕНИЕ

Правоохранительную деятельность Терры осуществляют следующие органы:

Агентам ГРУ, настоящим отморозкам, полагается знать все твои секреты.

Иду, спотыкаясь, по длинному коридору из полированной стали, передо мной фигура в белом, позади меня – четверо в сером. Они шагают в ногу с одним и тем же металлическим звуком, как солдаты на параде. Я посередине, взъерошенная и неприкаянная, то и дело перехожу на бег, чтобы не отстать. Правый глаз болит, будто в него стекла насыпали. На губах вкус крови.

И повторяю про себя слова Кэла, которые он мне шепнул, вынимая пистолет у меня из руки.

Хотя они звучали больше как упрек, все равно я от этих слов выпрямила спину. Годы я провела в соревнованиях и конкурсах, заставляя себя, доказывая, что я стою места на Октавии. Сейчас я в отчаянии тянусь к тому самообладанию из былых времен, однако оно тут же ускользает из пальцев, стоит за него ухватиться.

Белая фигура останавливается возле тяжелой герметичной двери, оборачивается к спутникам, идущим позади меня.