Звезда Авроры

Я хватаю Скар за руку и втаскиваю внутрь, напоминая о нашей задаче. В сотый раз думаю: не пора ли мне проверить голову, раз не хватает ума просто сдать Аврору властям? Потому что эта дикая охота никуда меня не приведет, кроме как к бесславному разжалованию и тюремной камере.

Так сказал мне адмирал Адамс. И все пять лет, что я служил на Авроре, наш начальник Академии ни разу меня не направил не туда. Это он добился для меня дополнительного времени на симуляторах, когда мне нужно было тренироваться для боя в невесомости.

Это он организовал мне пересдачу по астронавигации, когда я добыл всего девяносто восемь баллов: он сказал, что я могу лучше. Это он сидел со мной в часовне, рассказывая об отце – как они вместе служили в АОТ, оба боевыми пилотами. Соперники стали лучшими друзьями.

Адамс говорил речь на похоронах отца.

Адамс всегда прикрывал мне спину.

Мы со Скар идем по фойе музея Бьянки. Огромное открытое пространство освещено имитацией солнца.

Я даже предположить не могу происхождение этой части станции, но конструкция огромная.

Может быть, грузовик или торговец?

От пола к потолку тянутся поддерживающие колонны, и пространство забито народом. Бетрасканцы, ригеллианцы, лиране и терране.

Еще десятки здоровяков в силовой броне прикрывают входы и выходы, но в штатском мы ничье внимание не привлекаем.

Нас окружают предметы живописи, скульптуры, дисплеи со всех концов галактики. Как утверждает кузен Финиана, этот музей занимает более семнадцати этажей. Вот что нам действительно нужно, так это…

Мы со Скар поворачиваемся на голос.

За нами стоит молодая бетрасканка, тепло улыбаясь в мой адрес. Она одета в обтягивающую синюю форму, на груди – герб Кассельдона Бьянки в виде звезды. Над ее шляпкой крутится десяток голографических логотипов, один из которых – знак вопроса.

– Вы не знаете, куда идти? – спрашивает она. – Музей господина Бьянки может сперва несколько ошеломлять. Вас интересует какая-то конкретная экспозиция?

– Огромное вам спасибо, это так мило! – улыбается Скар.

Она лезет в карман длинной красной куртки и достает изображение скульптуры, которое Аври ночью нарисовала на всех стенах. – Мы ищем вот это. Не подскажете?

Бетрасканка глядит на картинку, на виске мигает светодиодом крохотный имплант памяти. По черным контактным линзам пробегают потоки данных, ресницы дрожат. Это продолжается несколько мгновений.

– Безымянный артефакт религиозного назначения из империи Эшваров, – говорит она наконец.