Звездная Кровь. Лед-Кузнец (СИ)

 — Я начинаю ценить вещи, которым раньше не придавала значения… Как змея, сбрасывающая кожу. Это странное ощущение… Ты не хочешь присоединиться ко мне? Тут хватит места…

Усмехнувшись, он сел рядом и погрузил руку в воду, коснувшись ее тела. Кел прикрыла веки, пока его пальцы скользили по гладкой коже, ощущая дрожь изголодавшегося тела. Она вдруг прошептала:

— Мой господин… могу ли я задать один вопрос?

— Перед битвой ты говорил с моими Рунами… и обещал, что освободишь их. Это правда?

— Ты сама снимешь с них Клятвы, когда придет время, — его рука продолжала ласкать ее под водой.

— Ах! Надеюсь, оно наступит одновременно с моим… освобождением… Кстати, та низшая ледышка… где она? — дыхание Азимандии участилось, а ее глаза возбужденно блеснули. — Прошу, не останавливайся… Так ты отпустил ее?

— Почему ты спрашиваешь о ней?

— Оу, мне подумалось… что она стала бы хорошей частью коллекции… моего господина, — мечтательно хихикнула Азимандия, выгибаясь навстречу его руке.

 — Это правда, что у них внутри звездный лед… вместо сердца? Я бы вывернула ее наизнанку и посмотрела, из чего таких делают…

Она вдруг захрипела, когда железные пальцы осколка Единого впились в ее горло. Раньше повредить золотой кел было бы сложно, но с Силой Ледяного Колосса он мог мгновенно сломать ей шею.

— Восходящих нельзя делать Рунами, — он вытащил ее из купели, легко удерживая на весу одной рукой. — Ты и сама знаешь почему!

— Но мертвую служанку Тория… ты сам… сделал Руной, — прохрипела слегка придушенная, но даже не пытающаяся сопротивляться Азимандия.

 — И со мной… ты тоже… не церемонился…

— У нее не было выбора. А ты платишь за содеянное. Моя.

Он небрежно бросил ее на Шкуру Фростбьорна, легко угадывая желания своей золотой Руны. Вместо кел-дворца — промерзшая ледяная пещера, а ложе заменил звериный мех, но Азимандия явно наслаждалась экзотикой, а после эмоциональной прелюдии страсть просто переполняла ее.

Белый Дьявол знал, что этому потоку время от времени стоит давать выход, и тогда Восходящая всегда будет ему верна. Он взял ее так, как хотел, и так, как хотела она, одаривая грубой мужской лаской, хоть ему самому это и не приносило душевной радости. Но тело нужно не только использовать, но и радовать, и свое, и чужое, ибо это угодно Творящей…

— Пожалуй, быть твоей Руной… не так уж и плохо, — выдохнула Азимандия, получив свою «награду».