Звездная Кровь. Лед-Кузнец (СИ)

— Тогда будь ты проклят! — ее глаза вспыхнули ненавистью. — Что ты за чудовище, раз смог укротить ту, что держала меня в рабстве? Скажи, чтобы я знала, кого ненавидеть!

Не отвечая на оскорбления, Белый Дьявол продолжал внимательно изучать ее.

Не молодая и не старая. Темные волосы и смуглая кожа. По-своему красивая — для тех, кто готов погладить пламя. Резкая, импульсивная, с огненным темпераментом. И, как все паладины Империи, не важно — аурим, луанор или касторн, — фанатичка без шансов на исправление.

При этом — сильная Восходящая. Специально обученная, снабженная мощными Рунами и Предметами. Опаснейшая из бывших Существ кел-леди. Недаром Азимандия не стала лишать ее памяти и Рун — утратив их, Провидица потеряла бы большую часть своей мощи.

К ней требовался особый ключ.

Азимандию можно было взять болью и наслаждением. Морвейн — уважением и честностью. А эта была иной, к ней не подходило ничего из привычного арсенала. Принесших обеты Ордену Истинных нельзя обольстить, переубедить или заморочить.

Именно в этом и заключалась ее слабость — очень странно, что кел-леди вообще удалось заставить принести Клятву несгибаемого паладина Империи.

— Почему ты не умерла? — неожиданно спросил он.

— Что⁈ — она зашипела, как раскаленное железо. — Я сдохла на Арене по твоему приказу! Сгорела от огненного клинка!

— Нет, раньше. Пока еще не стала Руной, — продолжил Белый Дьявол. — Почему ты не умерла, а принесла Клятву Азимандии? Ты ведь давала обет Ордену, что никогда не сдашься.

Так почему? Отвечай правдиво!

Лицо Провидицы застыло каменной маской. Но Клятва была сильнее — и, преодолевая позор, она вытолкнула из себя:

— Я… оказалась слабее. Ее воля сломала меня. Но я выжила, чтобы отомстить! Чтобы вернуться!

— «Быть бесстрашной…» Ты нарушила заветы Ордена, — сказал он, отпуская ее руку.

— Это мой позор! — выкрикнула Провидица, ее щеки залил яростный румянец. — Какое тебе до него дело? Радуйся, что можешь приказывать мне, Провидице Империи… иначе я бы сожгла тебя, мой господин!

Последнее слово она произнесла с ядовитым сарказмом.

Но в ее ладонь вдруг легла рукоять кинжала, того самого, что подарил мальчишка из Народа Гор. Она подняла взгляд на Белого Дьявола, увидела, как он упирает острие себе в грудь, и замерла.

— Убей меня, — приказал он.

— О, с удовольствием! Но Клятва запрещает мне вредить тебе, — прошипела она.