120 дней Содома, или Школа разврата

Она была из его квадрильи, довольно нравилась ему и ему же была назначена для дефлорации: он ее позвал. В этот вечер она была повязана косынкой «а la marmotte» и в наряде этом была особенно хороша. Дуэнья задрала ей юбки и расположила в позе, только что описанной Дюкло. Герцог для начала схватил Огюстину за ягодицы, встал на колени, ввел палец в анус, пощекотал там, и перейдя к клитору, который у этого ребенка уже достаточно обозначился, пососал его. Жительницы Лангедока отличаются живым темпераментом, Огюстина тотчас же доказала это: в глазах ее зажегся огонь, она начала вздыхать, бедра ее невольно стали вздыматься, и герцог был настолько удачлив, что ему первому довелось отведать любовного сока, впервые брызнувшего из девственного источника.

В то же мгновение, ибо никто не бывает так непоследователен, как распутник, в то же мгновение, говорю я, он увидел возможность обвинить бедняжку, а та, смутившись тем, что уступила позыву природы, спрятала свое лицо, закрыла его руками и только и думала, как бы вернуться на свое место.

– Давайте сюда другую, – произнес герцог, метнув яростный взгляд на Огюстину, – я их всех пересосу, а сперму свою поберегу.

Привели по его указанию Зельмиру, вторую девочку из его квадрильи. Зельмира, ровесница Огюстины, удрученная своим положением, не смогла, в отличие от подруги, отведать первых плодов наслаждения. Ее установили в нужной позиции; принужденная повиноваться, она все исполнила, но, как ни старался герцог, источник оставался замкнутым. Спустя четверть часа он поднялся в ярости и кинулся к своему кабинету вместе с Эркюлем и Гиацинтом.

– Дьявольщина, – прорычал герцог, – теперь-то я вижу, что мне надобна дичь другого рода. С ними-то успех мне обеспечен.

Неведомо, на какие ухищрения пустился он за закрытыми дверьми, но почти тотчас же оттуда послышались крики и рычание, неоспоримые свидетельства его победы, доказывающей, что мальчики для него куда надежнее для разрядки, нежели самые обворожительные девицы.