Увы, королевская кровь не дает привилегий в Драгнипуре… Дич увидел, что демон несет павших, лишившихся сил. Он подобрал десятка два тел, накрутил на себя их цепи. Мышцы вздувались, перекатывались, скручивались, ибо демон напрягал их сверх всякого вероятия. Он тяжело продвигался вперед. Тощие тела, которые он прижимал рукой к боку, казались связками хвороста. Вот дернулась одна голова, женская - незрячие глаза скользнули по лицу колдуна… и упала назад, словно голова новорожденной обезьянки…
- Глупец!- прорычал Дич.
- Брось их на дно!
- Нет места, - тонким, каким-то детским голосом ответил демон.
Но колдун давно истратил сочувствие. Демону было бы лучше оставить павших позади… но тогда все они ощутят дополнительный вес, жестокое натяжение цепей. Но если падет и он сам? Если потеряет эту необыкновенную силу, сдастся? - Проклятие дураку! - зарычал Дич. - Мог бы убить несколько новых драконов, чтоб его!
- Не справляемся, - пискнул демон.
Дичу захотелось завыть. Неужели и так не ясно? Но в дрожащем голоске звучали одновременно потрясение и печаль; голосок затронул что-то в самой глубине души… - Знаю, друг. Значит, уже недолго.
- И что тогда?
Дич потряс головой. - Не знаю.
- Кто знает?
Интересный вопрос. Кто-то знает, что случится, когда хаос настигнет их? Здесь, в Драгнипуре?
В первые моменты после “поцелуя” меча, между безумными попытками бегства и воплями отчаяния, он задавал этот вопрос всем и каждому - он даже к Гончей пытался приставать, но та рьяно налегала на свою цепь, из пасти капала пена… она чуть не затоптала его.
Больше он ее не встречал."
"Но кто-то ответил, кто-то заговорил с ним. О чем… он не может вспомнить ничего, кроме имени. Одного имени.
Драконус.
***
За бесконечно долгую карьеру она повидала всякое - но бегство двух Гончих Тени было самым обидным зрелищем. Не для такой, как Апсал’ара, Повелительница Воров, предназначено позорное существование уныло влекущей цепь невольницы.
Оковы созданы, чтобы вырываться из них, тяготы - чтобы ловко избегать их.
С первого же мига после болезненного появления здесь она взяла на себя задачу: сломать цепи, приковавшие ее к ужасному миру. Но такая задача становится практически невыполнимой, если ты обречена беспрерывно тащить проклятый фургон. Ей не хотелось снова видеть ужасное сборище, тягловый скот на концах цепей.
