А теперь держи меня

— Верну, — его голос холодный и решительный. — Встречаемся здесь же. Если не вернёмся к завтрашнему дню, уезжайте без нас.

Я ничего отвечаю. Конечно же мы не уедем. Разве Егор бросит Иркутского, а я сестру? Мы не сможем так просто взять и уехать, зная, что они в беде. Штормов уж точно.

— Ага, — отмахиваюсь я.

Парень поднимается на ноги и смотрит куда-то мне за спину — приходится обернуться. В дверях комнаты стоит Егор и неодобрительно прожигает Тарана своим взглядом. Молчание давит на меня тяжёлым грузом и, чтобы не участвовать в этом глупом прощание, я ухожу на кухню.

Слышу в коридоре голоса. Видимо, Иркутский вышел из ванной готовый отправляться на задание, чтобы получить долгожданную порцию морфина. Вскоре звуки стихают, хлопает дверь, и дыра внутри меня увеличивается ещё на один сантиметр.

Вот и всё. Остаётся только сидеть и ждать. На большее я не способна…

В квартире тишина, пропитанная запахом сигарет и отчаяния. Я сижу на кухне — Егор в комнате. С того момента, как Матвей с Тараном покидают квартиру, мы со Штормом держимся друг от друга в стороне.

Я думаю о его пальцах, сжимающих мой локоть, о его пронзительных глазах, о губах, которые были так неестественно близко, а потом о словах, вибрирующих в моей голове. «Нравишься мне новая», «Влюблён в девчонку из прошлого», «ошибка», «тянет к тебе», «не знаю, кого хочу вернуть».

Шумно вздыхаю, тереблю в руке пачку сигарет, не решаясь снова закурить. Нужно бросать… Вот только со всеми событиями в моей жизни, это практически невозможно.

Я начала курить из-за Егора. После того, как Матвей получил травму на выпускном, а отец Штормова посеял в моём сердце сомнения. Я бросила парня, уехала в деревню к бабке. Там встретила парочку ребят, которые в дальнейшем иногда составляли мне компанию. Рассказала им свою историю, а они взамен предложили мне сижки. Мол, легче станет.

Я бросила Шторма, а он сделал всё, чтобы вернуть меня обратно, потому что не мог смириться с нашим расставанием. Потом меня бросил Егор, и, вместо того, чтобы хоть как-то исправить ситуацию, я уехала в Питер.

С другой стороны, я просто игнорировала Штормова, не говорила ему никаких гадостей, а он начал обвинять меня в том, что я посадила его в кресло, утверждал, что больше не любит, что не хочет видеть. Это куда обиднее, чем без причин прекратить общение. Здесь ты хотя бы пытаешься найти ответы, а в моём случае все карты были раскрыты.