Единственное, что я хотела бы уточнить: почему Илэйн видели в коридоре первого этажа? Ваша комната, насколько мне известно, находится на втором этаже. Илэйн не было нужды спускаться.
Хэйден снова улыбнулся. Его рука скользнула мне на талию и притянула к сильному телу легко и естественно.
— Мы встречались не в жилом корпусе, директор. Не хотели шумом помешать остальным.
Понимание, о чем именно говорит Хэйден, заставило лижущий щеки жар полыхнуть сильнее. Словно огненный вал, он прокатился вниз, обжег шею, грудь и стянулся упругой пульсацией в животе.
Губы пересохли, воздуха перестало хватать. Я задышала чаще.
Взгляд Мак-Фордин впился в меня иглами, но сейчас даже он не мог вырвать меня из пламени смущения.
— Это все, директор? — Хэйден, единственный из нас, казался невозмутимым.
Мак-Фордин нехотя кивнула.
Едва получив разрешение, я собиралась нырнуть обратно в толпу халцедонов, спрятаться среди серых одежд и попытаться затушить полыхающий в груди пожар. Но Хэйден, будто прочитав мои мысли, предупреждающе сдавил пальцы на моей талии.
Я не стала вырываться. Послушно прошла вместе с ним к нефритам и непроизвольно прижалась ближе, едва мы оказались в черной толпе.
Сейчас только рядом с ним я чувствовала себя защищенной. Причины, толкнувшие Хэйдена вмешаться, его интерес и тайны прошлого — все стало неважным. Он меня спас, подарил как минимум еще один день жизни, и за это я ему благодарна. Неважно, какими проблемами может обернуться смелое заявление, неважны гнев Мойры и недовольство Ардена.
Сейчас, прижимаясь к сильному телу, уткнувшись головой в обтянутое кителем плечо и закрыв глаза, я просто дышала. Ощущала вес собственной одежды, окутавший меня аромат можжевельника, чувствовала ритмичное биение сердца, расходящееся волнами по телу. Жила."
"Голос Мак-Фордин, продолжающей вызывать все новых лернатов, их ответы, шепотки стоящих рядом нефритов, колючие взгляды… Я едва замечала, что творится вокруг. Мир для меня уменьшился, сошелся до размеров нас с Хэйденом, моих подрагивающих пальцев, вцепившихся в черный китель, и широкой мужской ладони, покоящейся на моей талии.
Он не отпускал меня до самого конца собрания — так и прижимал к себе, защищая. Дарил тепло и уверенность. И я жадно брала все, тянулась к нему, как замерзающий в снегах путник к горящему костру.
Когда собрание закончилось, Хэйден вывел меня из зала. Я не смотрела, куда мы идем.
Страха перед колдуном больше не было.
