Александр Солоник: киллер мафии

– М-да, – штатский поджал губы. – Стрельба из всех видов оружия, спецкурсы по ликвидации, пиротехника, прикладная медицина, гримировка и конспирация, вождение автомобиля, физическая подготовка, выживание в экстремальных ситуациях… Участие в силовых акциях? – Он невольно воспроизвел интонацию собеседника. – Что ж, эта догадка делает честь вашему уму. Ну и в каких именно акциях? На чьей стороне? Против кого? С какой целью?

– Вам видней, коли вы в меня вкладываете силы, деньги и время, – Саша был предельно уклончив; при беседах с подобными людьми такая уклончивость более чем оправданна.

– Хорошо, давайте по порядку. Для ликвидации, для физического устранения… Правильно?

– То есть вы ликвидируете того, на кого я или кто-нибудь из наших людей пальцем укажут?

– А если я ошибусь, если лично вас чем-то не устроит кандидатура будущей жертвы? – вопрос был явно провокационным, и потому курсант деликатно промолчал.

– Зря отмалчиваетесь. – Московский начальник затушил окурок, снял пиджак, аккуратно повесив его на спинку стула, и, облегченно вздохнув, продолжил: – Впрочем, ваше право.

Знаете, в чем ваша главная ошибка? Вы хотели получить от жизни максимум удовольствий при минимуме затрат. Вы были чересчур самостоятельны, свободны – от всего, от всех сразу. А так не бывает. Свобода, как учил классик, есть осознанная необходимость. И вот теперь, чтобы действительно стать свободным, вам следует эту необходимость осознать. Итак, что вы имеете на сегодняшний день? Малопочтенная служба в милиции – раз. Срок лишения свободы – два, – говоривший принялся загибать пальцы, – побег из зала суда – три. Второй срок – четыре. Еще один побег – пять. Короче говоря, одни минусы, плюсов – никаких. А главное – вы не удовлетворены своим теперешним положением. Мечтали об одном, получилось совсем другое…

– Ваш человек сам предложил, – напомнил Саша, взглянув не на собеседника, а на висевший за его спиной календарь. Глаза Солоника сузились, зрачки превратились в крошечные точки; ему было очень неприятно выслушивать последние замечания, но, увы, они показались достаточно справедливыми.

– У вас был выбор, и вы его сделали сами, – резонно заметил его собеседник. – Пожалуйста, хоть сейчас можем устроить вам явку с повинной. Ваша драма даже не в том, что вы хотели стать свободным и от всего сразу. Вы – бывший милиционер, мент… Бывший. От своих отбились, к другим не прибились. И никогда уже не прибьетесь. А мы вас подобрали. И даем вам шанс.