Альт-летчик

На следующее утро закончился ремонт поплавков на моей машине, меня вывели из дока, хотя места для взлета и там хватало. Я определил направление ветра, развернулся в заливе-реке Хамбер и взлетел курсом 262 градуса. Капраз Дорожинский только сопроводил меня сюда, а сам ушел в Киркуолл, по дальности он до него доставал. Собственно, «остров» находится вне досягаемости немецкой авиации, так что англичане даже службу наблюдения и связи еще не организовали. Поэтому они и пропустили дирижабли к Лондону. Лишь недавно вышло распоряжение о создании постов наблюдения, но не армейских и не флотских, а за счет отрядов самообороны.

Но я абсолютно не вмешивался в эти дела и никогда ничего не советовал моим «начальникам». Я прекрасно понимал, что нахожусь в почетной ссылке, а место для нее выбрано кукловодами из Лондона. Укреплять Россию, неожиданно для всех вырвавшуюся вперед в вопросах авиации, никто не рвался. Не для того развязывали эту войну. Все прекрасно понимали, что экономика России не выдержит ее масштаба. Что касается меня, то мне было очевидно, что моему «мирному» сидению в Киркуолле пришел конец. Они от меня не отцепятся, сделают все возможное, чтобы обратно в Россию я не попал. Способов более чем достаточно! И никто в этом мире мне не поможет, кроме небольшой группы людей, связь с которыми я стараюсь не афишировать. По поводу отпуска мне пока ответа не дали, так как я еще нахожусь на службе другому государству. Решать вопрос требуется через Петроград. Через два часа я из Киркуолла связался с Адмиралтейством и попросил разрешения прибыть для доклада к Александру Михайловичу, которого на месте не оказалось. Через двое суток оттуда пришел отказ. Отпуска мне тоже не предоставили. Англичане рисковать не собирались, а Бьюкенен дверь к Николаю ногой открывает. Но, как говорится, не имей сто рублей…

– Сергей Алексеевич, придется вам некоторое время замещать меня, – сказал я генералу Ульянину.

– Что так?

– Да мне по делам надо в Питер и в Швейцарию. Адмиралтейство мне в отпуске отказало, хотя я не был в отпусках с 11-го года.

Ссылка на состояние здоровья тоже не прокатила. Только я вам ничего про это не говорил. Самолет у меня есть, так что я утром вылечу в Лондон, оттуда в Женеву.

– Это через фронт, возьмите с собой кого-нибудь.

– Щербачева Бориса, моего бывшего механика.

– Так он же не здесь?

– Я его подхвачу по дороге, сяду в Эдинбурге у Борейко.

– А что за дела?

– Финансовые, денег стало приходить на счета почти вдвое меньше.