Алый король

Резко бросив его вниз, Ариман совершил разворот на 180 градусов, чтобы не столкнуться с выступающими варп-лопастями и блоками пассивных ауспиков. То, как головокружительно перевернулся горизонт планеты, напомнило Азеку о вызывающих дурноту видах «Торкветума».

Удалившись от борта, Ариман решил немного развлечься и направил машину по траектории, совпадающей с вектором движения «Кемета».

Фрегат типа «Нова», украшенный золотом и слоновой костью, обладал чертами, характерными для кораблей с верфей Сатурна: отклоненной назад верхней частью корпуса и более узким профилем, чем у других легионных звездолетов.

Между рогами раздвоенного носа, изогнутыми подобно мечу-хопешу, выступал прикрытый лучевыми щитами ствол лэнс-орудия. Очень немногие корабли легиона могли сравниться с обтекаемым «Кеметом» в изяществе.

Раньше на его палубах располагались полдюжины специализированных библиотек с незаменимыми текстами, но сейчас книгохранилища пустовали — их содержимое перевезли в запасники Обсидиановой Башни. Азека печалила мысль о том, что его корабль утратил накопленную мудрость.

Ариман отвалил в сторону от фрегата, который взял курс на причалы в нижних слоях атмосферы. Там стояла на якоре флотилия Тысячи Сынов — жалкие остатки прежней армады. Слегка отклонив ручку управления вниз, воин повел «Громового ястреба» через облака и направил восприятие вовне.

Кто знает, как поменялся рельеф планеты за время его отсутствия?

Дополнительную опасность при снижении представлял тот факт, что границы владений чернокнижников непрерывно сдвигались.

Братства всегда подчеркивали различия между собой, но после того как Магнус уединился в своей цитадели, начали открыто и свирепо бороться за территорию. Так, после усиления огненных течений Великого Океана адепты Пирридов перебрались ближе к твердыне примарха и агрессивно защищали недавно обретенные позиции.

Машинный дух «Громового ястреба» потянул ручку управления, настойчиво предлагая Азеку дать полную тягу и устремиться ввысь. Десантный корабль хотел полететь прямо к Алому Королю, будто сокол, возвращающийся на руку хозяина, но Ариман твердо вел машину прежним курсом.

Обсидиановая Башня господствовала над пейзажем, но определить расстояние до цели не удавалось — земля и небо вокруг нее жили по законам снов. Иногда, подняв взгляд от приборной панели, легионер видел, что черный шпиль заполняет весь фонарь кабины. В другие моменты о цитадели напоминала только черная трещинка на мерцающем горизонте.