Алый король

Как обычно, пристанище Магнуса само выбирало, когда позволить посетителю войти.

Под десантным кораблем тянулся беспокойный ландшафт. Отвесные ущелья и скалистые регионы кишели новыми обитателями, которых, словно обломки кораблекрушения, выбросили сюда псионические ударные волны, до сих пор терзающие Просперо. Впрочем, уцелевшие жители сожженного мира были не единственными смертными, что поселились на Планете Чернокнижников.

Присутствие Циклопа влекло сюда изгоев Галактики: обездоленных, преданных, брошенных, заблудших и проклятых.

На горизонте вышагивала стая громоздких охряных исполинов — титанических богомашин с атомными сердцами, которым удалось отомкнуть замки на своих душах и ожить. Скорбному реву их боевых горнов, что разносился над пустошами, отвечали прямоходящие звери.

Никто не знал, кто такие эти воины или откуда они взялись. Однажды сотни их выступили из шторма ужасающей силы и возвели на иссеченном молниями нагорье черную крепость.

Заметив, что из фрактального тумана выплывает башня Амона, Ариман совершил крутой разворот влево. Честно говоря, слово «башня» здесь не подходило, так как советник примарха создал для себя колоссальную механическую пирамиду, увенчанную кристаллическими лопастями, комплексами искрящих линз-окулюсов и замысловатыми хронометрами.

Амон, как и Азек, принадлежал к ордену Корвидов. Раздосадованный тем, что их провидческий дар слабеет, помощник Магнуса изучал все более хитроумные способы предсказания будущего.

На протяжении обратного перелета с «Торкветума» захваченный оракул безмолвствовал, но Ариман почувствовал, что теперь их беседы возобновятся.

— Амон редко применяет свою силу напрасно, — возразил легионер. Хотя они с советником все чаще расходились во мнениях, Азеку не понравился насмешливый тон Железного Окулюса.

— Нет, — бросил воин, уже сожалея, что поименовал брата.

Из саркофага донесся скрипучий смех.

Ариман ничего не ответил. Летающая пирамида меж тем скрылась из виду, и пестрые облака разошлись, открыв взору громадное вулканическое плато. Под его растрескавшейся поверхностью колыхался зловещий оранжевый свет, схожий с подземным океаном магмы.