Амалия. Книги 12-21

Дальше было все, что обыкновенно происходит в таких случаях. Клятвы, мольбы, угрозы одна безобразнее другой. Все выглядело так нелепо, так гадко, так оскорбляло ее чувства, что если Амалия и колебалась ранее, то теперь лишь убедилась в верности принятого ею решения.

Потом они не встречались несколько лет. Серьезно заболев, Амалия была уверена, что Александр будет только рад, если она умрет. Она не сообщила ему о своей болезни и не писала ему, но перед отъездом в санаторий озаботилась составить завещание, по которому опекунами ее детей (родного и приемного) назначались мать и дядя.

И вот теперь всесильному случаю было угодно свести бывших супругов на вечере у малознакомого статского советника, где был убит один из гостей.

Амалия поморщилась. «Зря я отправила Билли стеречь вход», — мелькнуло у нее в голове. Ей было бы все-таки легче, если бы при ее разговоре с мужем присутствовало третье лицо. И лучше всего друг, который уже не раз и не два доказывал ей на деле свою преданность.

— Скажите, — внезапно спросил Корф, — Уильям — ваш любовник?

Это было полное забвение всех приличий, и если Александр дошел до такого, значит… значит… Но Амалия не стала думать о том, что это значит, а очень просто ответила:

— Войдите! — крикнула Амалия.

Через порог переступил Павел Петрович. Он вошел в комнату как-то боком и держался немного сгорбившись, так что у Корфа при взгляде на него сразу же мелькнула мысль: что-то тут нечисто, не исключено, что хозяин дома выглядит так потому, что именно ему пришла в голову счастливая мысль зарезать заезжего хироманта. В руках Павел Петрович держал листок, исписанный мелким почерком.

— Вот, госпожа баронесса, то, что вы просили… список слуг. Анна Владимировна составила его. Если у вас возникнут вопросы…

— Может быть, позже, — обронила Амалия, пробегая листок глазами и откладывая его в сторону. — Как себя чувствует ваш сын?

— Ему лучше. — Павел Петрович, судя по всему, был не в настроении вдаваться в подробности.

— Хорошо. Позже я поговорю и с ним тоже. Может быть, он что-нибудь запомнил…

— Да, конечно, госпожа баронесса.

Хозяин дома вяло поклонился и удалился, шаркая ногами.

— Хотел бы я знать, что у него на душе сейчас, — внезапно сказал Александр.

Амалия пожала плечами.

— На душе у него скверно, как и у любого человека, в чьем доме произошло преступление. Лучше постарайтесь вспомнить, кто из гостей покидал гостиную, пока ваша невеста пела.

Александр метнул на нее хмурый взгляд.

— Я так и думал, — буркнул он.