Амалия. Книги 12-21

А кроме вас, ни с кем из присутствующих он прежде не встречался. И никто, кроме вас… — она покосилась на серьезное лицо Билли, который жадно внимал каждому ее слову, и осеклась.

Оловянные солдатики смотрели на доктора, как присяжные, уже приговорившие его к гильотине. Но де Молине только упрямо покачал головой.

— Я понимаю ход ваших мыслей, баронесса, и должен признать, что с точки зрения логики он безупречен. На моей стороне только правда, как бы она ни была неправдоподобна. Поверьте мне, она бывает и такой. А правда заключается в том, что, когда я оставил Беренделли в малой гостиной, он был жив, хотя и чувствовал себя не очень хорошо — очевидно, мышьяк уже начал действовать.

Амалия тяжело вздохнула.

— Хорошо, будь по-вашему, — внезапно произнесла молодая женщина. — Только скажите мне вот что. Мадемуазель Мезенцева вам нравится?

— Что? — Доктор ожидал чего угодно, только не такого вопроса.

— Она вам нравится? — повысила голос Амалия. — Вы находите ее красивой?

— Боже мой, мадам! — Доктор оторопел. — Нет, если вам угодно знать, я… Она довольно мила, но я не считаю ее красивой. У нее вполне обыкновенное лицо, хотя многие мужчины…

— Значит, она вам не нравится? — сухо спросила Амалия. — Благодарю вас. Это все, что я хотела узнать.

Де Молине поднялся с места. Билли стоял в стороне от двери, скучающе глядя куда-то вбок, а револьвер, который он держал в руке совсем недавно, как сквозь землю провалился.

— Я могу идти? — несмело спросил доктор.

— Да. Пока я верю вам, вы не убивали Беренделли. Но вы скрыли от меня правду и поэтому должны признать, что у меня были основания подозревать вас. Однако можете не волноваться: о вашем прошлом я никому не скажу. — И она царственно кивнула де Молине, показывая, что аудиенция окончена.

— Можно спросить? — отважился подать голос Билли, когда доктор скрылся за дверью. — Вы поверили ему. Ваше право, конечно, хотя лично мне он кажется очень подозрительным… Но при чем тут девица?

Амалия, которая встала с места и подошла к окну, так круто обернулась на каблуках, что американец невольно подался назад.

— Какая еще девица? — осведомилась баронесса, испепелив его взглядом.

У нее было такое лицо, что Билли немедленно захотелось спрятаться куда-нибудь. «И что я такого сделал?» — в тоске подумал молодой человек.